Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
В субботу, согласно выработанному плану, Лоскутов, Рогожин и Колесников разъехались по разным объектам. Николай Егорович обосновался в учебном батальоне, Колесников – в 106-м отряде, а Рогожин – в политуправлении Северного флота.
Лоскутов в учебном батальоне занял старшинскую каптерку в отдаленном бараке. Монгол по очереди заводил к нему кандидатов, коротко докладывал о каждом.
– Сергей Жук, – рейдовик сверился с послужной карточкой, – твой земляк, белорус. Сапер-инструктор, 1905 года рождения. Семья осталась под Минском, связь с ними утратил с начала войны.
Переговорив с Жуком, Николай Егорович отложил его карточку в сторону. Подходит. В минах разбирается. К рейду морально готов. Жаждет отомстить за погибших мать и сестру.
Следующий кандидат был отвергнут им как плохо подготовленный физически. Еще один не ответил на вопросы по тактике ведения общевойскового боя. У одного из кандидатов Лоскутову не понравилось лицо.
– Я не могу брать в рейд человека, чей внешний вид меня раздражает, – пояснил он Монголу свою придирчивость.
В конце «смотрин» рейдовик завел двух одинаковых с виду парней азиатской внешности. Военная форма висела на них мешковато, сапоги не стоптаны – сразу видно, что оба новобранцы из весеннего призыва.
– Это Чук, – представил он одного, – а это Гек. Отличные парни, охотники-промысловики из Сибири. Чука запишем снайпером, а Гека – разведчиком-наблюдателем. Можно наоборот. Разницы нет.
– Какие-то у них странные имена, – удивился Николай Егорович.
– Нормальные тунгусские имена, – без тени смущения ответил Монгол. Разъяснять командиру, что настоящее имя Чука – Чимитдоржи (а у Гека вообще не выговоришь), он не стал.
– Сколько они в армии, месяц, два? – Лоскутова одолевали сомнения.
– Какая разница, сколько они прослужили! Они выросли в тайге, и этим все сказано. – Монгол отправил солдат за дверь. – Коля, пойми, эти парни – следопыты-профессионалы. Для них лес – дом родной.
Николай Егорович не любил и не читал советских писателей. С детства он был покорен романами Жюля Верна, Рафаэля Сабатини, Стивенсона и Хаггарда. Слово «следопыт» для него было самой лучшей характеристикой человека. Следопыт, по мнению Лоскутова, по определению должен быть смелым бойцом и надежным товарищем. И наоборот: герои современных советских романов отпугивали его своей искусственностью, избыточным показушным патриотизмом.
