Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
Далее, найди Монгола. В семь вечера жду вас обоих у себя в комнате.
Лоскутов проснулся в тишине. Никого из соседей по комнате не было, все еще находились на службе. Одежда, которую Николай Егорович, ложась спать, бросил у кровати, исчезла. Вместо нее на табуретке был разложен свежий комплект капитанской формы с нашивками за ранения и орденами. Когда хозяйственный Лукин успел перецепить ордена с одной гимнастерки на другую, Лоскутов не слышал, настолько крепко спал.
«Как знать, – подумал Николай Егорович, – быть может, я в последний раз спал в абсолютной тишине.
Он встал, потянулся, отыскал в тумбочке умывальные принадлежности. Словно подводя черту под его размышлениями о тишине, на окраине города залаяли зенитки. Но воздушную тревогу не объявляли.
«Учения проводят или немецкий самолет-разведчик отгоняют», – подумал он.
Дверь без стука распахнулась. Вместо дневального вошли Лука с Монголом.
– Значит, так, – вернувшийся после водных процедур Лоскутов был свеж и бодр, насколько «свежим и бодрым» может быть человек, накануне видевший десятки изувеченных человеческих тел. – В утвержденном генералом Морозовым штатном расписании моей группы для вас места нет. Но я обошел формальности и включил вас в рейд. Монгол, ты будешь моим заместителем. Лука, тебя я назначаю старшиной отряда. Теперь распределим обязанности.
– Почему спортсмены? – удивился Лукин. С тремя первыми категориями он был полностью согласен, а вот против спортсменов ничего не имел.
– Спортсмен, – пояснил Лоскутов, – это бездельник, у которого от сытой жизни появляется избыток энергии. В рейде мне такие не нужны. Рейд – это не стадион.
Николай Егорович не любил спортсменов по личным причинам – за два года до войны от него ушла жена к тренеру могилевской футбольной команды.
