Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
Где камуфляж?
Едва взглянув на вещмешок с содержимым, Лоскутов, никому ничего не объясняя, уехал в Мурманск.
Вновь в генеральском кабинете собрались Морозов и его заместители. Докладывал Лоскутов.
– С покойником полная туфта! Это не диверсант. Это ложный след. Не буду вдаваться в подробности, остановлюсь только на камуфляже. Я уже говорил вам, что лучше всего переждать бомбардировку отряда на свалке, среди пищевых отходов и бытового мусора. Диверсант так и поступил. От обнаруженного камуфляжа разит гнилой капустой и рыбьими потрохами.
– Ты считаешь, – уловил ход мыслей Николая Егоровича генерал, – что диверсант после бомбардировки вышел на дорогу, снял камуфляж, запихал его в вещмешок и подбросил нам в качестве ложного следа?
– Еще он убил инструктора непонятно чем.
– Так инструктор – шпион или жертва? – Рогожин не мог понять, в какую сторону ему переделывать донесение.
– Ночью по пустынной дороге просто так не ходят.
– Так-с, – протянул генерал. – Дело усложняется.
– Ничего оно не усложняется, – возразил Рогожин. – Как мы не знали, кто немецкий агент, так и не знаем. У нас появился мертвый инструктор, который в Мурманске наверняка общался не с одним десятком человек. Кто из его знакомых немецкий шпион, мы, если и вычислим, то не скоро.
– Если мы нигде не совершим оплошности, то немецкий агент сосредоточит все внимание на ложном отряде, – Морозов, размышляя, отстучал пальцами дробь по столу. – В наши планы внесем коррективы: формированием ложного отряда займется Колесников, а Лоскутов сосредоточится на ядре рейдовой группы. Капитан, считай, что ты перешел на нелегальное положение: поменьше светись в штабе, побольше работы переложи на своих помощников. Кстати, кого ты там отобрал?
Николай Егорович протянул заранее приготовленный рапорт.
– За обоих ручаешься? – для формальности спросил Морозов. Фамилии Лукина и Монгола ему ни о чем не говорили. Проверять кандидатов времени не было. – Рапорт отдашь в кадры.
Генерал поставил в углу листа подпись и вернул его Николаю Егоровичу.
Добравшись до офицерского общежития, Лоскутов, перед тем как завалиться спать, вызвал ординарца.
– Лука, передай дневальному, чтобы разбудил меня через два часа.
