Пропавших без вести – не награждать!

– Езжай куда хочешь! – Колесников вернулся в генеральский кабинет и доложил, что обнаружен мертвый диверсант и он, Колесников, послал на место происшествия Лоскутова, чтобы разобрался, что там к чему.

Убитый инструктор лежал в кустах у обочины дороги, ведущей от 106-го отряда в город. К моменту приезда Лоскутова на месте происшествия побывали представители военной контрразведки, милиции и комендатуры. Естественно, все пространство вокруг покойника они затоптали, заплевали и забросали окурками самокруток и папирос.

Лоскутова это варварское отношение к осмотру места происшествия не смутило. Привык.

– Кто нашел убитого? – спросил он у милиционеров.

Подошел худенький солдатик-новобранец из весеннего призыва.

– Где лежало тело и как ты его заметил?

Почувствовав в Николае Егоровиче начальника, солдатик преобразился, воспрянул духом. До прибытия Лоскутова он терялся в субординации, не мог понять, кто из собравшихся офицеров главный.

Выслушав очевидца, Николай Егорович заставил его выйти на дорогу и в точности показать: откуда он заметил торчащие из кустов сапоги, с какой стороны подходил к убитому, где остановил попутную машину.

– Товарищ капитан, – обратился к Лоскутову незнакомый лейтенант. – Метрах в пяти от убитого мы обнаружили вещмешок с камуфляжным костюмом. Камуфляж весь в грязи. По размеру совпадает с его телосложением.

– Нож не нашли? Ищите. С той стороны дороги посмотрите, в кустах пошарьте. Где-то тут должен быть нож.

– Какой нож? – переспросил кто-то из солдат. – Как он должен выглядеть?

– Мать его! – выругался Николай Егорович.

 – Здесь что, под каждым кустом по ножу валяется? Какой нож найдете, тот и несите сюда. Чего встали? Разбились в две цепи и шагом марш прочесывать обочину!

Разогнав солдат, Лоскутов отыскал судебного медика, пожилого мужчину в мятом гражданском костюме.

– Какова причина смерти? – спросил он, угощая эксперта папироской. – Я что-то на нем никаких следов насилия не вижу.

– У него от сильного удара сзади снизу-вверх черепная коробка слетела с позвоночника.

Смерть наступила мгновенно, – медик с удовольствием затянулся. – Чем били, даже не спрашивай, навскидку сказать не могу.

– Понятно, – Лоскутов опустился к убитому на колени, тщательно обнюхал его гимнастерку.

Обступившие Николая Егоровича офицеры были немало удивлены его поведением, но ничего комментировать не стали. Медик был более раскован, для него московский офицер – не начальник.

– След хочешь взять? – ехидно спросил он.

– Уже взял.