– Надо ли так понимать, ледяной, что это яйцо – часть вашего жалкого пророчества?
Иней молчал.
Дракониха постучала по скорлупе длинным когтем.
– Эй, любимец судьбы, слышишь? Давай, выходи, покончим наконец с этой гадкой войной!
– Оставь его в покое! – выдавил пленник.
– А скажи-ка мне, – усмехнулась Огонь, – чего будет стоить твоё бесценное пророчество… если один из пяти драконят так и не явится на свет?
– Ты не посмеешь! – Небесно-голубые глаза ледяного дракона, в которых светилось отчаяние, были прикованы к страшным когтям.
– Никому не позволено причинять вред драконьему яйцу.
– Трудновато спасти мир без небесных крыльев, – проговорила дракониха, задумчиво перекидывая яйцо из одной лапы в другую, – как это было бы печально. Пожалуй, надо очень, очень осторожно обращаться с этим ужасно важным… ой! – Мокрое от дождя яйцо выскользнуло из когтей, она сделала вид, что хочет подхватить его – и проводила взглядом в тёмную бездну, утыканную острыми пиками.
– Нет! – пронзительно выкрикнул Иней.
Отчаянным усилием он отбросил стражей и кинулся к краю уступа, готовый прыгнуть следом, но дракониха мощной лапой прижала его шею к скале.
– Вот и всё, – с усмешкой произнесла она. – Похоже, судьба не очень-то благосклонна к вашим героическим потугам.
– Ты чудовище! – хрипел пленник, извиваясь в острых когтях. – Мы не сдадимся… Драконята придут… придут и остановят войну!
Наклонившись, она прошипела прямо ему в ухо:
– Даже если так, ты этого уже не увидишь!"
"Удар когтей, крик невыносимой боли, и серебристые крылья обвисли лохмотьями.
Отравленный шип в стремительном выпаде пронзил голову несчастного, и мощный пинок отправил его длинное блестящее тело в пропасть. Горное эхо подхватило оборвавшийся крик, а за ним – глухой звук удара о камни.
– Отлично! – в обсидианово-чёрных глазах песчаной драконихи блеснуло торжество. Она обернулась к слугам, подставляя окровавленные лапы струям дождя. – Это дурацкое пророчество больше не будет нам досаждать.
Полетели, убьём ещё кого-нибудь.
Три гигантских тени расправили крылья и взмыли к свирепо клубящимся тучам.
Чуть позже далеко внизу, где распласталось на камнях растерзанное серебристое тело, появилась другая тень, отливавшая красными отблесками заката. Сдвинув в сторону тяжёлый хвост мертвеца, дракониха подняла с земли осколок разбитой скорлупы, затем скользнула назад к входу в лабиринт горных пещер.
