Портрета Пурпур на стене больше не было, а на полу тлела кучка золы. Королева бросила взгляд на пустую стену, и из ноздрей её вырвался дым.
– Вон отсюда!
– Это моя комната, – возразила Беда.
– Я здесь королева, и мне решать. Делай, как сказано! Отправляйся спать на арену, и если кто-нибудь ещё вздумает распевать песни, выжги ему язык!
Яростно хлестнув хвостом по полу, Беда выскочила в коридор. Их величества чудом успели отскочить, утратив на мгновение всякое величие. Глин заметил, как некоторые стражники с ухмылкой переглянулись.
Обдав дракончиков волной жара, меднокрылая устремилась в туннель, едва удостоив их взглядом. Глин с тревогой посмотрел вслед. Сердится на него? За что?
– Сюда! – Королева Пурпур втолкнула Звездокрыла в пещеру. Он неловко перелез через бассейн с водой, намочив задние лапы. Цунами оттолкнула стражников и легко перепрыгнула сама, за ней последовал Глин.
– Рады небось, что испортили мой праздник? – прошипела Пурпур с порога. – Больше вам это не удастся.
– Почему ты не убьёшь их? – впервые подала голос Огонь.
Огромная, куда крупнее своей союзницы, дракониха почти упиралась головой в потолок туннеля, а лапы у неё были вдвое толще, чем у Глина. Она не носила ни золотой кольчуги, ни драгоценностей. Пролитая кровь многочисленных жертв навсегда окрасила её когти и зубы в красный цвет, а на левом боку под крылом виднелся длинный рваный шрам. Глаза, лишённые белков, чернели зловещими провалами.
– Так просто неинтересно, – усмехнулась Пурпур.
– Пускай дерутся. Завтра мой День яйца, будем развлекаться с утра до вечера.
Глин уже ненавидел слово «развлекаться».
Огонь свирепым взглядом отогнала стражников дальше по коридору и тихо прошипела:
– Если они те самые, о ком говорится в пророчестве, то лучший способ не дать ему осуществиться – убить всех.
– Возможно, – согласилась Пурпур, поигрывая раздвоенным языком. Судя по взгляду, брошенному на Звездокрыла, ей не терпелось увидеть ночного дракона в бою. – Только ты уже пробовала – и сильно это помогло? Все знают о том разбитом яйце небесных.
, да и обо всех остальных.
Что бы это значило? Глин навострил уши.
От удара хвоста дрогнул каменный пол.
– Ещё как помогло! – прорычала песчаная дракониха. Теперь у них нет небесного, только четверо – а в пророчестве говорится о пятерых!
Глин переглянулся с Цунами. Значит, Пурпур промолчала об Ореоле. Понятно, не хочет расставаться с драгоценным экспонатом своей коллекции.
