Провинциальная девчонка

– Совсем забыл: Бен Нелсон тебя искал. У него по-прежнему нет ни новостей, ни подозреваемых, но обещал следить в оба на случай, если что-то опять стрясется. А теперь ответь: ничего не хочешь сказать отцу? Бен такого наговорил, что едва не довел меня до сердечного приступа, но тут я вспомнил: ведь Тео ночует у тебя. Не забудь запереть все двери и окна.

Он перешагнул порог и громко объявил:

– Знать, что Тео живет у тебя.

Мишель кивнула. Действительно, утешение.

Она заперла дверь, выключила свет и вернулась в бар.

Один из постоянных посетителей попросил еще пива. Заметив его покрасневшие глаза, она спросила:

– Ты сегодня за рулем, Поли?

– Копни пообещала приехать за мной после конца смены. Она мой водитель на сегодня.

– Тогда ладно, – улыбнулась Мишель, налила очередную кружку пива, осознала, какая духота стоит в баре, и прибавила скорости потолочному вентилятору. В «Лебеде» осталось только пятеро клиентов. Она позаботилась о каждом, наполнила два высоких стакана ледяной водой и отнесла Ноэ и Тео.

Тео выдвинул для нее стул.

Мишель протянула Ноэ стакан, устроилась между мужчинами и подвинула стакан Тео поближе к его тарелке.

– Надеюсь, вы не возражаете, но я отослала папочку домой, а это означает, что мне сегодня придется самой закрывать бар.

– Как мило, что вы называете отца папочкой. Это южный обычай? – осведомился Ноэ.

– Это обычай Ренаров.

Ноэ только что запихнул в рот последнюю картошку и запил водой, когда она спросила, не нужно ли ей сопровождать его в клинику.

– Я уже был там. Думаю, Тео прав. Это не подростки. Действовал один человек. И, не найдя того, что искал, он так взбесился, что принялся громить помещение. Видели письменный стол? Замок взломан. Кто-то немало над ним потрудился.

– Мишель думает, что это, возможно, один из пациентов доктора Робинсона, который пытался украсть свою историю болезни.

– Но разве он не мог просто попросить ее у Мишель? – удивился Ноэ.

– И получил бы копию.

– Сомневаюсь, что это был пациент. Истории болезни – вещь конфиденциальная. Все это знают. Врачебная тайна и все такое. И к чему идти на такие крайности, переворачивая клинику вверх дном? Если он так уж хотел получить свою историю болезни, мог бы просто взломать дверь и вытащить ее из ящика. Кстати, а что сказал Робинсон? У него были чирьи в… то есть трудные пациенты?

– Он еще не перезвонил, – сообщила Мишель.