Провинциальная девчонка

 – В конце концов, разве не тут мы планировали нашу эвтаназию?

– Кам, ты все не так понял, – оправдывался Джон с самым чистосердечным видом. – Я встретился с Линдси только раз, да и то по делу.

Готовый поверить всему на свете, лишь бы избежать скандала, Престон закивал:

– Если он говорит, что это деловая встреча, значит, так оно и есть.

– Черта с два! Он врет! Я проводил его до дома. Машина Линдси стояла в гараже, а она сама ждала Джона. Они просто набросились друг на друга. Она живет с тобой, верно, Джон? И ты скрываешь это от всех, особенно от нас.

Камерон принялся тереть виски. Последнюю неделю, с тех пор как он обнаружил гнусную тайну Джона, его изводили перемежающиеся головные боли.

– Не трудись отвечать. Все факты здесь, – продолжал он. показывая на открытую Даллас папку. – Знаешь, что Линдси считает, будто ты собираешься на ней жениться? Эту новость я узнал от ее матери. Она уже обдумывает свадебные приготовления.

Ты говорил с матерью Линдси? Тебе спиртное в голову ударило! Совсем параноиком стал!

– Напыщенный осел! – фыркнул Камерон.

– Потише, только потише, – умолял Престон, вспотев от ужаса и вытирая лоб бумажной салфеткой. В горле у него пересохло так, что язык едва ворочался.

– Может, обсудим маленький трастовый фонд Кэтрин, об исчезновении которого так беспокоился Джон.

– А что с фондом? – удивился Престон. – Что-то еще осталось?

– О да! – протянул Камерон. – Почти четыре миллиона долларов.

– Вернее, три миллиона, девятьсот семьдесят восемь тысяч, – прочитала Даллас.

– Господи милосердный, я не сплю? – ахнул Престон. – Он сказал нам… сказал, что отвез ее в клинику Мэйо <Расположена в г. Рочестер, штат Миннесота. Основана семьей выдающихся врачей Мэйо.> и они ничего не смогли сделать. Помнишь, Камерон? Он сказал…

– И солгал. Лгал безбожно и во всем, а мы оказались настолько глупы, что верили каждому его слову. Подумай сам, Престон, когда мы видели ее в последний раз? Пару лет назад? Как раз перед тем, как она уехала к Мэйо. Все мы видели, как плохо она выглядела.

Все уставились на Джона, ожидая объяснений. Он поднял руки, словно сдаваясь, и улыбнулся:

– Похоже, игра закончена.

Его слова были встречены ошеломленным молчанием.

– Ты признаешься? – выдавил Престон.

– Именно.