Провинциальная история

Лоб пересекала узенькая нитка жемчуга, а вот коса пряталась за престранным сооружением из чеканных пластинок, которые шевелились, отчего казалось, что к затылку Анны Иогановны приклеилась золотая змея.

— Это накосник, — боярыня погладила свою змею. — Давно уж не в моде, да и я-то отстала… немудрено в нашем-то захолустье. Да и Тадеушу не нравится, когда… полагает, что те наряды больно уж… неприличные, хотя, поговаривают, что и сама государыня не чурается. Я ему так и говорю, что, мол, коль государыне можно, отчего мне нельзя? А он упрется и все тут.

— Бывает, — согласилась Стася, надеясь, что в голосе ее довольно сочувствия.

Прислуга-то сгинуть сгинула, а воду принесли, будто далече и не уходили. С водой появилась мрачного вида женщина в платье черном, то ли вдовьем, то ли само по себе. Была она стара и хмура, на боярыню глядела недобро, а вот Стася удостоилась долгого пристального взгляда.

— Собери честь по чести, — велела Анна Иогановна, рученькой махнув. — И гляди у меня…

Маланье боярыня погрозилась, только та лишь фыркнула.

— А если выйдет умаление чести родовой по-за скаредности твоей, так и учти, сама за космы оттаскаю!

Пожалуй, еще более дико, чем платье это или вот… а в городе Стася не видела никого-то в этаких нарядах. Или… боярыням на рынках бывать не положено, а прочие предпочитают платья попроще?

— Порой невозможно жить… так стало быть, вы не мужем? — осведомилась Анна Иогановна, лично наполняя водой высокие кубки.

Стася свой приняла. Судя по весу, как есть золотые.

— Не случилось, — Стася смотрела на женщину, которая явно маялась сомнениями. Они читались на высоком лбу боярыни, щедро покрытом слоем пудры.

— Печально… — та покачала головой. — Но не переживайте, ведьме недолго свободной гулять.

Стася напряглась. Нет, было время, когда она мечтала о семье и замужестве, но… давно и в другом мире. А тут? Запрут в этой, прости Боже, светелке наедине с девками сенными и оставят из равлечений жемчуга скатные и что там еще по сказочным законам положено.

— Так… маги как прознают, со всего краю съедутся, — боярыня подхватила горсть орешков из узорчатого блюда. — Только и останется, что выбрать, какого краше… тот, который с вами приехал, конечно, собою хорош, но не спешите.

Что-то подобные жизненные перспективы совершенно не радовали.

— Вам бы в Ковен отписаться, попросить помощи, там уж и пришлют кого, кто выбрать поможет.

— Самой ошибиться недолго, — орешки боярыня ела по одному.