Провинциальная история

— Помнится, когда меня матушка на ассамблею вывела первым разом, а Тадеуш ко мне подошел, представленный был, я на него и не глянула. Еще подумала, что собою уж больно неказист.

Она мечтательно прикрыла очи.

— Ко мне сам князь Ущерский внимание проявлял высочайшее, но матушка, слава всем Богам, образумила бестолковую. Князь-то что? Он одной внимание, другой… сказывают, иные от его внимания девичество тратят, а то и в подоле приносят, — это было сказано громким шепотом. Стася кивнула. Большего от нее и не требовалось.

Стася послушно кивала.

И язык прикусила, подавив желание спросить, деревеньки с людьми пошли или так?

— Конечно, и другие сватались. Был один красавец, Охтынский, как сейчас помню… уговаривал бежать с ним, тайно венчаться, чтоб после в ноги маменьке пасть да прощения испросить.

Взгляд Анны Иогановны затуманился.

Но она тотчас справилась с собой.

— Маменька про него сразу сказала, что никчемушный человек. Гуляка, повеса, пить горазд, а за душой ни гроша. Как такому жену держать?

— Понятия не имею, — Стася поерзала.

— Вот! Маменька мне много помогала. А то ведь люди какие? Каждый норовит представить себя лучше, чем он на самом деле есть. И поди-ка, догадайся, кто там хорош, а кто так… она-то и присоветовала на Тадеуша поглядеть, потому как крепко он меня любил.

Анна Иогановна всхлипнула жалостливо, только Стася почему-то ей не поверила. И барона вдруг стало жаль.

— Я-то сперва заупрямилась, думала, на кой он мне такой надобен? Но одного разу матушка за розги взялась и живо выбила из меня дурь всякую. И что? Права оказалась! Я за мужем, что за стеною каменной.

Это когда ни вдохнуть, ни выдохнуть? А прогулки по расписанию?

— Правда… боги осерчали за что-то… дочку единственную родила, да и та… недолго ей осталось.

Лилечка, конечно, выглядела слабою, но на умирающую совершенно не походила.

— А он вбил себе в голову, будто это моя вина!

Анна Иогановна взяла Стасю за руку.

— Помогите! — взмолилась она.

— Чем-нибудь. Пусть он опять меня полюбит. Вы ж ведьма… и можете! Я знаю, что можете! Я обращалась… — поняв, что сболтнула лишнего, Анна Иогановна губу прикусила и поспешно исправилась. — Обращалась, когда Лилечка заболела.