Птицеед

Ради вежливости я заглянул внутрь, поднял брови, видя мягкий золотой блеск маленькой плоской руны с волнистыми краями. Не то, чтобы я потерял дар речи. Но впечатлился.

— И?.. — спросил у меня этот павлиний сын.

— Будь я девица, то рыдал бы уже от счастья на твоём плече. Но мне и тебе повезло, что это не так.

Я закрыл конверт, прижал его одним пальцем, не спеша убирать в карман. Следовало уточнить детали.

— Полагаю это то, что искал риттер Удо Траугесланд. Руна Кровохлёба.

— Не вижу причин отдавать её ему. Он не попадал с «Соломенными плащами» в передряги.

— Хм. Разве это не ваш с Толстой Мамочкой трофей? Вы же прикончили суани.

— Килли руна ни к чему. А я уже получил от неё выгоду — могу наконец-то заплатить за твою работу.

Я не стал оскорблять его своим кругозором. Капитан живет не первый год, учился в школе Ветвей и вполне разбирается в вопросе, чтобы не читать ему ненужную лекцию о том, что он мне передает. Но не сказать я не мог:

— Ты обделяешь свою шпагу.

Его клинок, с рукоятью украшенной мелкими рубинами, лежал на специальной подставке.

Длинный, узкий, со стальной чашкой для защиты руки. Я знал, на что он способен. Или его хозяин, если уж быть точным, вооруженный этим куском доброй стали.

Капитан потянулся, взял шпагу, показал мне едва заметный бугорок на рукояти.

— Я вполне доволен тем, что у меня есть.

Мне пришлось убрать конверт в карман.

— В таком случае будем считать, что твоя мятежная беспокойная совесть отныне спит сном младенца.

— Часто мнение о хорошем сне младенца — заблуждение.

Никогда не интересовался, есть ли у него дети, как у Плаксы или Головы. Но Август прав, уж у меня такой опыт точно есть.

Он поразмышлял несколько секунд, прежде, чем спросить меня:

— А помнишь, какое я поставил условие тебе, когда ты пришёл в «Соломенные плащи»?

— Цели, которые я преследую и поступки, которые я совершаю, добиваясь их, не должны причинить вред отряду. Пока я с вами, ваша безопасность в приоритете. Хм… я причиняю вред?

В его ярких глазах появилось что-то похожее на сочувствие:

— Твой интерес к Оделии очень даже возможно приведёт тебя к такому положению вещей.

Я уже говорил о том, что её появление в Айурэ заставит зловонные пузыри подниматься вверх. А ты, по глазам вижу, сунешь в самую глубину самую большую палку, которую только сможешь отыскать, и хорошенько там потыкаешь.

Я понял, почему он предложил мне руну. Выходное пособие, так сказать. Пускай я и не участник отряда, а лишь… как это говорят чиновники? Ах, ну точно.