Птицы Великого леса

 – Многие из нас рыжие.

– Но сейчас все ищут рыжего ратича. Быть может, нескольких уже зарезали. – Цветок направила лошадь чуть в сторону, и бубенцы весело зазвенели. – Не поднимай глаза, прячь лицо, не смотри ни на кого. Твои глаза могут тебя выдать. А теперь езжай следом за мной. Я поеду второй.

Турар двинулся первым.

– Вы уезжали втроём, – догадался Вячко. – На мне одежда этого Санжара?

– Да, – коротко ответила девушка.

– Ну и смердил же он.

– За это я его убила, – она хихикнула пугающе весело.

– Если ты и цветок, то на редкость ядовитый, – не выдержал Вячко.

 – Из тебя знахарка сделала бы яд или сварила смертоносное зелье.

Громкий хохот был ему ответом.

– Ох, княжьич, насмеши, – залилась она смехом, но быстро притихла и стала на удивление молчалива.

Белые стены города нависли над ними, точно скалы. Вячко натянул повыше платок и опустил голову, разглядывая свои красные руки.

Турар впереди обменялся парой слов со стражниками на воротах, и их пропустили, не взимая дани и ни о чём не расспрашивая. Турар ехал первым, и Вячко не мог толком ничего разглядеть, но когда с воротами поравнялась Цветок на своей тонконогой лошади, стражники согнули спины в глубоком поклоне.

Девушка, что ругалась и кричала как торговка на рынке, теперь держалась величественно, точно княгиня.

Несмотря на наступающую ночь, Дузукалан встретил их ещё людными шумными улицами, грязью под копытами лошадей и сворой нищих попрошаек. С визгами они окружили лошадь Цветка и начали хватать девушку за подолы одежды. Турар выхватил саблю и пару раз ударил ею плашмя по худым спинам.

С криком попрошайки разбежались в поисках новой жертвы. Вячко надвинул шапку ниже на лоб и огляделся, не поднимая головы.

Впервые он увидел вольный город не из-за высоких стен, не при свете пламенника тёмной ночью, а в вечерних сумерках.

Богатый, шумный, грязный и прекрасный Дузукалан. Стены его были построены из белого камня, в предместьях у моря люди жили в ветхих лачугах, но внутри дворцы и поместья пестрели яркими красками разноцветных мозаик.

Точно диковинная птица, город сверкал разными оттенками голубого, зелёного, золотого. Вячко чуть не свернул шею, когда они проезжали мимо храма Аберу-Окиа – он был чёрным с золотом, на крыше его горела золотая луна, окружённая звездами.

Вячко привык, что разные племена, часто не похожие друг на друга, жили в ратиславских княжествах, но Дузукалан всё равно поразил его. Он мог бы поклясться, что за всё время ему не встретился ни один похожий на другого человек.