Птицы Великого леса

Они кричали в отчаянии, и все клялись в невиновности, все молили о прощении.

– Князь нас смутил. Чернека казните, его, клятого!

– Выпустите детей, умоляю, спасите детей во имя Создателя!

– Нас обманули! Он притворился святым.

Горыня стоял под окнами, смотрел наверх, но ни одно лицо, ни один голос, ни одна мольба не тронули его сердце.

– Что задумал воевода?

– Он хочет сжечь Чернека и его людей за убийство князя, – равнодушно ответила Дара.

– Со всеми людьми? Живьём?

Ответа Милош не получил. Лицо Дары оставалось непроницаемым, но в глазах горел огонь – мстительный, беспощадный, точно совинский пожар.

Милош долго смотрел на неё, пока не понял, что Дара ничего не сделает, даже не попытается их остановить. Он сорвался с места, кинулся к воеводе и услышал, как один из дружинников спросил:

– Дворню можно вывести?

– Бояре первыми и переоденутся в их одежду, чтобы спасти свои шкуры. Нет. Пусть все остаются, – решил Горыня.

Воевода оглянулся на Милоша.

– Суд, чародей. Лисецкий князь устроил заговор против Ярополка, думал, что некому будет отомстить, и ополчение за него вступится, но ничего у него не выйдет.

Из окон выглядывали незнакомые лица: детские, старческие, молодые. Ещё утром среди прислуги была Горица. Милош успел узнать баб, которые работали с ней на кухне, успел запомнить мальчишек, что тёрли полы, кололи дрова да носили воду. Они среди заговорщиков оказаться не могли. За что они должны были сгореть? За чужие грехи?

– Послушай, у колдуна, того бидьярца, была маска, с её помощью он может заставить человека сделать что угодно.

Воевода посмотрел на него с недоверием.

– А доказательства у тебя есть, чародей? Чернек сам признался, что пошёл против Ярополка. Он и вправду говорил, что с ним был какой-то святой, но только как докажешь, что это он их заставил убить Ярополка?

Милош сжал челюсти, чтобы не закричать, вздохнул, прежде чем продолжить:

– Какие доказательства, если мы упустили Гармахиса? С помощью маски он заставил меня подчиняться.

– Послушай, – озабоченно произнёс Горыня. – Может, тот южанин и повлиял на Чернека, только ты сам говорил, что его племянник за спиной Великого князя недоброе замышлял, людей подговаривал, тебя самого пытался втянуть в заговор. Да и Чернек успел мне показать письмо от старгородского князя.