Укладываясь рядом, Архипов тихо поинтересовался:
– Ты вправду к матери собралась?
– А что остается делать, Вася? Нужно решить, как нам жить дальше.
– Мамаша обещала документы выправить. Ну… и нас с тобой родителями записать.
– Хорошо, – чуть заметно кивнула Ольга.
– Ты точно согласна? – напрягся Чапай.
– А у меня есть выбор? – гневно осведомилась Ольга.
– Спасибо, – он потянулся к жене с поцелуем, но она остановила его:
– Только у меня маленькая просьба, Вася.
– Какая? – благодушно поинтересовался Чапай, осознавая, что момент выбран правильный и сейчас он готов достать луну с неба.
– Говори, я все сделаю, – ласково пообещал он.
– Ступай спать на диван, пожалуйста! – холодно бросила она.
– Сейчас, – пробурчал Чапай, укладываясь рядом. – Я с тобой всегда в койке сплю. И не надейся даже! После моей смерти одна выспишься…
– Видеть тебя не могу, – простонала Ольга.
– Глаза закрой и спи, – огрызнулся Архипов.
Он вспомнил, как на следующее утро жена сама поехала к матери. На автобусе.
И даже Сережку не взяла с собой, оставила с Еленочкой. О чем мать с женой договорились, что решили, Чапай не вникал. Начались очередные учения, а затем приехала проверка Министерства Обороны, он мало бывал дома, а Ольга с Сергеем много времени проводили на Выселках, а потом и вовсе туда переехали. И где-то через четыре месяца мамаша вручила ему свидетельство о рождении, где красивыми витиеватыми буквами значились родители девочки Лиды: отец – Василий Иванович Архипов, мать– Ольга Сергеевна Архипова.
Чапай вспомнил, как объявил в полку о рождении дочки. Ольга с сыном вернулись в Уссолье, а девочка осталась у бабушки.
– Очень слабая, – объяснила Валюшке и Еленочке Ольга. – Грудь не берет, трудно ей сосать, и с дыханием проблемы. Баба Надя выходит, а я тут Чапаю нужна…
– Даже своих провести удалось, – мысленно усмехнулся Архипов, повернувшись к жене. Ольга спала, свернувшись калачиком. Он огладил через одеяло бедро жены и закрыл глаза. Сон все никак не шел.
«Кому выгодна смерть Маши? Кто так желает ее гибели?– привыкнув действовать быстро, Чапай сердился на себя, что никак не мог понять, кому все-таки помешала младшая дочь.
– Вот ведь старый дурак!» – мысленно обругал он сам себя.
Архипов долго ворочался и лишь к самому утру провалился в глубокий и красочный сон.
Он шел по зеленому лугу вместе с матерью. Семилетний пацан и красивая хрупкая женщина. Молодая еще. Она снова учила его различать травы и собирать целебные.
