Онлайн-библиотека книг
Случившееся четыре месяца назад было отделено для них от нынешнего дня целой жизнью, даже не одной. Но для остававшихся дома несчастье случилось всего несколько дней назад.
– Не думаю, что она хорошо посмотрит… если вы попытаетесь… – запинаясь, начала Вито. – И люди… скажут, что вы рады смерти своего князя и теперь торопитесь завладеть его женой и богатствами!
– Мы вовсе не рады! – Свен насупился. – Но раз уж так вышло, то она еще слишком молода, чтобы оставаться во вдовах, а Годо… он смотрелся бы на этом месте немногим хуже Грима.
– Но неужели ты был бы рад, – Вито прищурилась, и в голосе ее звучала обида, – если бы ты сам погиб на том проклятом месте, а твой Хольви или Эгиль стал бы тут же свататься ко мне!
– Я уж не хотел бы, чтобы ты пронзила себя мечом, как Брюнхильд, лишь бы умереть вместе со мной!
– А я и не говорила, что собираюсь умереть вместе с тобой!
Они уже дошли до княжьего двора, и Вито, не прощаясь, повернулась к девичьей.
"Однако Вито повела себя так, будто он ее саму оскорбил. Завладеть его женой и богатствами! Звучит как будто не очень красиво. Про них и так уже много чего говорили. И в желании завладеть тем добром тоже обвиняли. Тем не менее Олав понимает: сейчас, когда у него нет ни сына, ни даже знатного зятя, когда с хазарами мира больше нет, а с Хельги киевским непонятно что, не следует пренебрегать поддержкой знатных, отважных людей, доказавших свою удачу.
* * *Когда Витислава вошла в девичью, Сванхейд шила, служанки играли с ее двумя дочками, Альви и Мальфи, а Ульвхильд просто сидела на скамье, сложив руки. Она никогда не была охотницей до рукоделия, а несчастье сделало безделье чуть ли не ее обязанностью.
