Путь серебра

Поклонившись им, Вито стала доставать свое шитье из лукошка, стараясь не показать, как взволнована и сердита.

Оказывается, Свен думает, что уже через три дня после смерти мужа вдова должна кинуться на шею первому, кто ее позовет! И о ней он тоже, наверное, думает так? Что, если бы это его убили, она прямо сейчас уже собиралась бы замуж за кого-нибудь другого, как будто его легко заменить первым встречным! Он думает, ей все равно: он ли, другой? От обиды ей хотелось плакать. Ее задело даже нежелание Свена, чтобы она умерла вместе с ним.

За три года жизни среди русов Вито познакомилась с самыми знаменитыми преданиями Севера, в том числе и с теми, где дева-валькирия умирает вместе со своим мужем или возлюбленным, чтобы погребальный костер стал их общим посмертным ложем, а курган – вечным домом. Слушая о Брюнхильд или Сваве, она невольно задавалась вопросом: а я могла бы так? Сердце обрывалось от волнения. При мысли о возлюбленном, без которого не хочется жить, воображению ее рисовался кто-то похожий на Свена – как она его помнила в долгой разлуке. Но ответа на этот вопрос у нее не было – только трепет, рожденный смесью ужаса и гордости. Умереть с ним по доброй воле – это был бы ее долг… ее право на вечную посмертную славу… Свекровь успокаивала: дескать, такое только в сказах бывает, а чтобы взабыль, так она ни разу не слышала, чтобы водимая жена с мужем умирала. Рабынь знатным мужам кладут в могилу, это да, но она, Вито, не рабыня!

И вот оказалось, что Свен ничего такого сам не хочет.

Ему и без нее хорошо, и ей он отказывает в праве на подвиг и славу! Он думает, что в палатах Одина найдет дев получше!

– Что ты шьешь? – Сванхейд бросила взгляд на маленькую рубашечку у нее на коленях. – О! Ульви, посмотри! Она шьет рубашку для ребенка! Неужели наконец что-то случилось?

От удивления Вито забыла обиду; а когда до нее дошло, о чем говорит Сванхейд, у нее загорелись щеки. Совсем не об этом она сейчас думала!

– Они всего три дня как дома, – хмыкнула Ульвхильд. – Она еще не может знать, даже если и беременна.

– Но она может надеяться! – Сванхейд засмеялась. – Ну, Вито, что ты молчишь? Твой муж наконец-то собрался стать твоим мужем?

– Это… – Вито едва могла взглянуть на них. – Это я шью для Веляси… перешиваю мою старую сорочку.

Она иногда помогала нянчить дочку Илетай, племянницу Свена.

– А! – Сванхейд разочарованно махнула рукой. – Неужели Свен так до сих пор и спит с хирдманами? Все никак не поймет, что уже не в походе.