Путешествие в страну мужчин

– А где ямы, которые ваш Леший выкопал?

– А я и это разболтал? Во даю! – кажется, лодочник обрадовался. – А ямы засыпали. Остались две, но они по другую сторону – замаскировано так, что ни в жисть не найдешь! Хоть партизань, хоть вилами тыкай! Я их берегу, ямы эти… историческая ценность, так сказать!

– А если кто-нибудь свалится? – поинтересовался Егор.

– Тогда я, конечно, расстроюсь, – ответил лодочник и тяжело вздохнул.

Филимону понадобилось два привала, и до дома Лешего они дошли довольно быстро.

Егор с каждым шагом становился мрачнее и немногословнее, а когда деревья поредели и впереди показались бревенчатые стены и черная крыша, он остановился и потянулся к пачке сигарет, но так и не закурил.

– Вот здесь он, голубчик, и проживал, – проскрипел Филимон, приваливаясь к ели, – надо было хоть ковш воды с собой взять! Пить охота.

– Тихо, – бросил Егор таким тоном, что лодочник замер. – Где ямы?

– С той стороны, – просипел Филимон, – но все дороги слева, туда никто и не шляется.

Места не ягодные и не грибные… болиголов к середине лета до подмышек вырастает и еще дрянь всякая… а он здесь жил… ага… и вон банька… парился, значит… отшельник, мать его. Ну, я пошел? Мне еще к Аньке, извиняться…

– Спасибо, – кивнул Егор, повернулся к дому и прищурился. «Катюшка, теперь ты совсем близко – на расстоянии вытянутой руки».

Павел собирался на встречу, как на первое свидание. Ему даже было жаль, что нет белой рубашки и чистых брюк, а еще солнцезащитных очков, которые придали бы образу оттенок крутизны и таинственности.

Уже очень скоро он станет богатым человеком. Машины, рестораны, красивые девушки – мечта!

– Тяпа, ты что такой кислый? Поджелудочная беспокоит или мышца какая? – самодовольно усмехнулся Павел. – Не боись! Денежки приведут тебя в порядок!

– Давай ее отпустим, – шмыгнул носом Степан. – И немедленно вернемся в Москву!

– Не дури, и хватит уже ныть. Хочешь, я в магазин какой-нибудь вечером сгоняю и куплю тебе… печенки трески! Ха!

– Вредно? Ну не капризничай, я же от всей души!

– Я больше не могу торчать в этом страшном лесу!

– Не начинай, – разозлился Павел.

Ему уже до тошноты надоели одни и те же разговоры, а сейчас он вообще пребывал в отличном расположении духа и слушать жалобы капризного напарника не собирался. – Да, хорошо бы закатить вечером пирушку, мне и самому надоело питаться сухарями да баранками, я подумаю об этом.