Путеводитель по Лукоморью

– Добрый вечер, дорогие фанаты, – ехидно произнесла я. – Чем занимаетесь?

– Пипец… – выдохнула Тоня.

Девочка явно испугалась, Борисов тоже струхнул, но, в отличие от присмиревшей Антонины, он сразу полез, так сказать, в драку.

Люди делятся на две категории. Одни, испытав стресс, становятся тише воды, ниже травы, другие принимаются размахивать шашкой. Женя оказался из последней.

– Никакие мы не фаны! – заявил мальчишка.

– Правда? – улыбнулась я. – Зачем же тогда автограф-сессию требовали устроить?

– Она нам на фиг не нужна, – буркнул Евгений.

– Но вы пришли, – напомнила я.

– Степан с Варькой велели, – призналась Тоня. – Собрали тех, кто не успевает, сказали…

– Сказали, что в город приехала писательница и нам надо оказать ей уважение, – перебил ее Борисов. – Обещали, что тем, кто явится в библиотеку и задаст вопрос, а потом просидит всю встречу, можно будет не беспокоиться о РОЭ, нужные баллы ему обеспечены.

– Нам бумажки раздали с вопросами и ваши книги, – подхватила дочурка администратора отеля.

– Ваще-то я дюдики не уважаю, – решил и дальше резать правду-матку Евгений, – читаю только про путешествия и оружие.

– А я ваще книги не люблю, – скривилась Тоня, – лучше в Интернете посижу или киношку погляжу.

– И нечего нас фанами называть! – заявил Борисов.

– Верно, – кивнула я, – никакие вы не фанаты, вы конформисты.

– Кто? – хором спросили школьники.

– Приспособленцы, – пояснила я, – люди без принципов, готовые на все ради собственного благополучия. Из таких во время Второй мировой войны набирали полицаев на оккупированных фашистами территориях.

– Эй, чего вы обзываетесь? – обиделся Борисов.

– Мы просто хотим экзамен сдать, – заныла Антонина.

– Это и есть конформизм, – сказала я. – Честный человек возразил бы: «Нет, Степан Николаевич, я книги Виоловой в руки не беру, они полное дерьмо» – и отказался бы от участия в представлении. А вы поступили иначе – сами презираете Виолову, но за хорошую оценку решили хвалить ее.

– Меня мать за двойку убьет, – надулся Борисов, – я не ради себя старался. Мне ваще на отметки плевать.

– Хороший аргумент, – кивнула я. – Знаешь, те люди, что писали доносы на своих коллег или соседей, тоже так себя оправдывали, говорили: «Моя семья живет в крошечной комнате, если в квартире еще пара помещений освободится, их нам отдадут. Я ради родных стараюсь».