Путеводитель по Лукоморью

 – А чего она вредничает, рабочих не пускает? Моего папу Оскар уволить может!

– Дайте честное слово, что не сделаете новой попытки проникнуть в дом к старухе, – потребовала я. – Только в этом случае я не расскажу о том, что видела вас сегодня.

– Чес слово! – нестройно ответили дети.

– Хорошо, – одобрила я. – Теперь пошли назад.

Когда мы выбрались из подземной галереи в подвал гостиницы, Женя сказал:

– Ну, я погнал домой…

– Погоди, – остановила я мальчика, – надо идти осторожно, чтобы не попасться на глаза Федору.

– А мы не через центральный ход сюда лазим, – заявила Тоня.

Тут только я догадалась спросить:

– Как же вы попадаете в техническое помещение?

– Пошли, покажем, – хитро заулыбался Борисов и шмыгнул влево за какие-то ящики.

Через секунду мы оказались перед странной, похоже, фанерной дверью. На ней не было ни замка, ни щеколды, ни даже простого крючка.

– Вот это да! – удивилась я. – Заходи, кому не лень! Хороши порядки в гостинице…

Антонина моментально бросилась на защиту отца:

– Дверь прорубили, когда произошла авария.

В отеле живут клиенты, они платят деньги за номера, и им обязаны предоставить покой и комфорт. «Золотой дворец» лучший в городе! И в районе! И в области! И ваще в России!

– Нормально, – захихикал Женя, – наикрутейшая гостиница в мире. Ну, Тонька, ты даешь!

Девочка махнула рукой.

– Отстань! Черный ход здесь давно был, и раньше железная дверь стояла, но она была узкая, только для людей. Папа один раз от нее ключ посеял. Ой, он так расстроился! Всю гостиницу перерыл – нету.

А знаете, какой Оскар жадный? Папе бы пришлось за свой счет новый замок врезать. Потом смотрит, а ключик-то на месте, на доске висит. Вот как бывает, никуда он не девался, папка его просто не заметил. Когда труба сломалась, нужно было проем расширить, иначе в подвал не прошли бы здоровенные штуки для ремонта. Ну и вход фанерой закрыли, чтобы рабочие спокойно ходили, постояльцам не мешали. Папа пока железную дверь на место не возвращает, проем не уменьшает, думает, вдруг еще понадобится. Хоть сейчас трубу тянут через улицу, но…

– Понятно, – остановила я Тоню. – Однако пока в отель через черный ход может беспрепятственно пройти любой человек.

– Вот и нет! – возмутилась девочка. – Совсем не любой, а только свой, кто знает про дверь.

Мы вышли на улицу и очутились на небольшом пятачке внутреннего двора, огражденного дощатым забором. Прямо по курсу маячили мусорные контейнеры, а за изгородью возвышался красивый кирпичный дом.