– Мама размечталась, представив нового зятя, вылезающего из лаково блестящей иномарки.
– Вот-вот, у нас же только в языке проблема. А так-то очередь под окном с утра стоит! – Маруся перехватила поудобнее ручку пакета и решительно зашагала к метро. Надо торопиться. Максимка, оставленный на попечение дедушки, мог уже вспомнить про маму и закатить истерику.
Забытая восторженность собой взбудоражила Марусю. Проверить свои чары она решила на Викторе. Так расписывают старый стержень на жеваном листке бумаги, но для первого раза сгодится и этот подопытный материал.
Увидев жену, которую он уже давно воспринимал как серое размытое пятно, бывший муж слегка протрезвел. Похудевшая Маруся, доведя организм до предельно возможного веса в восемьдесят девять килограммов, несмотря на победу, продолжала ходить по дому в бесформенной хламиде, оставшейся со времен беременности. Поэтому постройневшая супруга, употребившая для эксперимента оставшиеся огрызки косметики и нарядившаяся в новый сарафан, осталась неузнанной.
Зыркнув на вешалку и отметив там наличие темно-синего незнакомого плаща, Виктор приосанился, тряхнул сальной челкой и галантно поклонился. Щелкнуть каблуками по-гусарски он уже не смог, поскольку употребленные горячительные напитки, колыхнувшись при поклоне, нарушили хрупкую координацию незадачливого выпивохи, и он рухнул к Марусиным ногам, гулко стукнув лбом потертый линолеум.
– Ну и звук, – развеселилась Маруся. – Башка-то, похоже, совсем пустая.
Жалости к пострадавшему она не испытывала.
Лишь легкую брезгливость и интерес к дальнейшему развитию событий.
– Я готов целовать песок, по которому ты ходи-и-ила, – фальшиво пропел гусар, подползая поближе к ее тапкам. – Разрешите представиться, Виктор! – Он икнул и продолжил: – А как ваше имя, прекрасная незнакомка? – Виктор попытался вывернуть шею и заглянуть незнакомке под юбку.
Она хмыкнула и ехидно сообщила:
– Меня Марина зовут!
– У такой потрясающей женщины просто не могло быть другого имени! Что-то в этом имени есть знакомое и пленительное.
Неуловимое…
– Ну, еще бы, конечно, знакомое! – Маруся оттолкнула его руку, которой он пытался схватить ее за коленку.
– Я без дурных помыслов, о божественная! Дайте мне точку опоры, и я переверну землю. – Виктор исхитрился и сграбастал ее за лодыжку. – Мм, не кожа, а бархат.
«Откуда он этого понабрался? – молча изумлялась Маруся, соскребая с ноги цепкую конечность неожиданного поклонника. – Со мной он так никогда не говорил.
