А что она могла сказать? Та скудная и путаная информация, которую он ей тут озвучил, не позволяла сделать правильные выводы. То есть, конечно, позволяла, но их было слишком много, и все они были абсолютно разными.
– Так и что, ты даже не спросил, с кем тебе придется женихаться?
– Мама, как ты себе это представляешь? Ситуация была неподходящая!
– Ой, не морочь мне голову! Надо быть хитрее. Не понял – переспроси, не в лоб, а с умом…
– Как, мама? С кем из вас я стану спать в результате? Так, что ли?"
"– Таки не строй из себя голожопого младенца! – завопила мама.
– Ты мог сказать, что почтешь за честь стать ее зятем и нарожать ей внуков, и посмотреть на реакцию. Если не обрадуется, значит, не в зятья тебя звали, а если обрадуется, то, значит, что дочку с рук сбывает.
– Мама, можно подумать, что все так просто! И внуков я родить не смогу при всем старании, это не мужское дело.
– Да-а, – гордо затрясла головой Анна Иосифовна, – это точно! Ваше мужское дело мы знаем! Помню-помню твоего отца. Вот она, кровь поганая, где вылезла! Быки-осеменители…
– Мама, перестань, – досадливо поморщился Аркадий, забыв про сыновнее почтение.
– Не надо мне экскурсов в историю животноводства.
– Эта история животноводства, как ты изволил выразиться, – ехидно сообщила мама, – теснейшим образом связана с историей нашей семьи, а именно с твоими предками по отцовской линии.
– Мама, – напрягся он, – давай не отклоняться от сути проблемы. Что мне завтра делать?
– Что-что, – обиженно ответила мать, – импровизировать.
– Ну, подскажи хоть, – Аркаша примирительно ткнулся ей лбом в плечо.
– Может, я правда женюсь.
В результате решили, что идти на работу надо однозначно в парадном наборе, а там – как карта ляжет. Костюм один, поэтому здесь обсуждать нечего. К чаю необходимо купить тортик. Мама сходила в булочную и через час принесла приплюснутый вафельно-сливочный кирпич с орехами.
– Вот, – гордо произнесла она, – самый дешевый из более-менее приличных. Идеальный вариант: крем не смажется и не испортится, поскольку его там нет.
– Мама довольно рассмеялась. – Переворачивай сколько душе угодно, на внешний вид это не повлияет. Ты бы не догадался такой купить!
Вспомнив давку в метро, Аркадий согласился. В подобных условиях любой кондитерский шедевр изничтожат и превратят в блин.
– Теперь цветы. – Мама задумчиво посмотрела на потолок.
– Зачем цветы? – заупрямился Аркаша. – И так торт купили, хватит. Цветы – это уже излишество!
– Так положено, не позорь семью, – строго сказала мама.
