Рабыня Тёмного Лорда

Красные вина не были такими уж недорогими: ей с её стипендией пришлось бы ох как экономить даже после покупки пары бутылок. Но Тёмный Лорд небрежно отобрал три и забросил в корзину, даже не поморщившись. Действуя почти машинально, Кира подняла подарочную упаковку с готовыми кусочками сыра, потом ещё одну, и закинула обе поверх вина, заработав удивлённый взгляд.

— Что ж, пожалуй. Я взял здесь всё, что хотел; нам пора.

Чтобы вернуться в подвал и взять теперь и её.

— Вы хотите, чтобы я подчинялась вам с радостью, — вполголоса сказала Кира.

— Нет, иначе не задавали бы вопросов, — последовал резковатый ответ.

— Простите, милорд, — произнесла она то, что подсказала интуиция.

Тёмный Лорд молчал, пока они расплачивались на кассе. Но когда они вышли на парковку, он повернулся к ней.

— Нет способа научиться быть покорной, кроме покорности, — холодно и насмешливо сказал он. — Сентиментальные глупцы сказали бы: «и без абсолютного доверия», но покорность и есть доверие.

— Отдаться вам, — прошептала Кира. — Это и есть моя награда.

— Вот теперь вы начинаете понимать.

Он небрежно распечатал бутылку пальцами и первым уселся на капот автомобиля, отхлебнув прямо из горла. Передал бутылку ей.

— Этьен и мои люди найдут мерзавцев, посмевших устроить инцидент с грузовиком, — бросил он. — В крайнем случае устроят ещё пару поездок в моей машине и дождутся очередного покушения от этих идиотов.

Кира сделала глоток.

— Ваши люди? Вы уже настолько освоились?

— Я не теряю зря времени, — сухо сказал он. — Как вы уже убедились.

Мёртвый глава Министерства, проклятый глава Протектората… Да, он не шутил.

— Не трогайте Райли, пожалуйста, — попросила Кира. — Он почти разделяет ваши цели. Про то, что с родственными традициями пора кончать, что аристократам слишком многое позволено, что безродные сироты вроде меня тоже заслуживают признание их талантов.

— Он официально владеет вами, — холодно произнёс Тёмный Лорд. — И будет владеть ещё полгода. Нет его — не будет и проблемы.

— Он мой близкий друг. И я возненавижу вас, если вы его убьёте.

Холодный, очень холодный смех.

— Он будет мёртв, а я жив. Вы перейдёте от траура по нему к вершине наслаждения очень быстро. Куда быстрее, чем вам кажется.