Рабыня страсти

Так, а теперь налей себе глоточек. Думаю, тебе это вряд ли понадобится, но я хочу, чтобы ты на себе испытала его действие.

Она послушно выпила.

— Хорошо. А теперь достань то, что на самом дне корзинки.

Зейнаб держала в руках черный кувшинчик из оникса, наполненный густым кремом без какого-либо запаха. Девушка отставила его:

— Странная мазь… Скажи лучше, что это там, розовенькое в алебастровом сосуде? Пахнет моими любимыми гардениями…

— Это для того, чтобы кожа стала еще чувствительнее к ласкам, — ответил Карим. — Дай-ка я разотру тебя немного, цветочек мой.

Калифу приятно будет умащивать твое нежное тело — одновременно он сам будет распаляться страстью. Видишь, запах нежный, но средство очень эффективное. В его состав входят особые травы, потом я скажу Оме, какие именно, чтобы она смогла постоянно тебя ими снабжать.

Он принялся растирать бледно-розовый крем по светлой, словно светящейся изнутри, коже — Зейнаб чуть не замурлыкала от удовольствия.

— А тот, другой крем? Ну, в черном кувшинчике? — томно спросила она.

— А, там просто смазка для дилдо. Она помолчала, наслаждаясь касаниями его сильных рук, а потом поинтересовалась:

— А для чего эти изящные цепочки, мой господин?

— Для игры, — спокойно объяснил Карим. — Калиф — большой охотник до любовных игр. Вскоре я начну учить тебя их правилам. Может быть, калифу захочется разыграть спектакль, будто он захватил тебя в плен в битве. Ты должна будешь сопротивляться, бороться, но он опутает тебя цепями и силою принудит отдаться ему. А может, в роли пленного раба захочет выступить он сам… Мужчины в возрасте особенно любят такие представления.

Это помогает им не утратить любовного аппетита, Зейнаб.

Он перевернул девушку на спину и, налив еще немного розовой жидкости себе на ладонь, принялся нежно массировать ее грудь и живот.

— Тебе приятно?

— М-м-м-м-м-м, я чувствую покалывание и тепло, мой господин…

— Во всем теле? — шепнул он, поглаживая ее стройные ножки.

— Да, во всем теле! — согласилась она, слегка поеживаясь, — прикосновения его рук отчего-то стали невыносимо сладкими.

— Перевернись на животик. Так. А теперь подожми ножки. Хорошо. Выгни спинку. Глубже, Зейнаб! Плечи должны быть как можно ниже. Голову положи на сложенные руки. Великолепно! Вот в таком положении ты должна находиться, когда калиф захочет войти в твое тело через Содомские Врата. А теперь не двигайся — я подготовлю дилдо.

Он окунул инструмент в кувшинчик со смазкой, и, встав на колени, приготовился его ввести.

— Не пугайся.