Рабыня страсти

 — Но не раньше, чем она отрастит себе пару дивных грудок, госпожа Ома!

— Джафар! — в отчаянии воскликнула его мать, но, не удержавшись, рассмеялась."

"— Он весь в отца! — шепнул Карим, присаживаясь рядом с женой, обнимая ее за талию и нежно целуя в розовое ушко.

Зейнаб кинула на мужа взгляд, полный любви.

— О, если бы это блаженство могло длиться вечно… — шепнула она.

—  — И я бы от всего сердца этого желал, — отвечал Карим.

А детишки сновали между взрослыми, крича и забавляясь, их невинные лица сияли от счастья, не замутненного ничем — кроме, пожалуй, одной заботы: позволят ли им родители после наступления темноты половить светлячков, которые дивно смотрятся в хрустальных кувшинчиках, или же безжалостно уложат спать…

— Они — наше будущее… — сказал жене Карим.

— А весною, — отвечала она, — я подарю тебе еще один залог счастливого нашего грядущего, еще один маленький кусочек вечности, мой любимый.

— Я люблю тебя, Зейнаб, — сказал он. — Теперь и навсегда в сердце моем только ты, мое сокровище… Ладошка Зейнаб нежно погладила щеку Карима:

— Как ты щедр на посулы, мой господин! Теперь и навсегда? Что ж, тогда ловлю тебя на слове!"