Онлайн-библиотека книг
И каждую ночь две юные женщины выскальзывали из шатра в сгущающейся темноте и втихомолку путешествовали по лагерю, покуда Инига не стала чувствовать себя там как у себя дома.
— А почему бы нам просто-напросто не убежать? — однажды вечером перед очередной вылазкой спросила Инига.
— А ты сможешь найти в горах дорогу? — спросила ее Зейнаб. — Я изо всех сил пыталась запомнить путь сюда, когда лежала поперек седла Али Хассана, но, лишь попав в горы, поняла, что все скалы на одно лицо… Проезжего пути здесь нет.
"Калиф хочет, чтобы его покарали в назидание прочим, кто в дальнейшем вознамерится сеять в горах смуту и раздор. Гораздо лучше, если мы останемся здесь в качестве «наживки» — ведь до тех пор, покуда Али Хассан верит, что я буду ему принадлежать, можно не сомневаться, что он вернется в лагерь, — уверенно заключила Зейнаб.
Семь дней пролетели незаметно для Иниги. С пугающим самообладанием Зейнаб вовсю занималась приготовлениями к возвращению Али Хассана. Она властно собрала женщин и велела им сделать генеральную уборку в огромном шатре предводителя, который был грязен, словно свинарник. Она даже велела им перестирать всю его одежду в ближайшем ручье.
— Не желаю, чтобы меня искусали блохи, — сообщила она Иниге.
Среди стариков отыскался бондарь. Отдав ему одно из золотых колечек, украшавших ее тонкие пальчики, она ласково уговорила его сделать большую деревянную ванну, которую торжественно установили в шатре Али Хассана. А потом, поддразнивая женщин другим колечком, усыпанным гранатами, пообещала отдать его той, которая подыщет для нее хорошее мыло и благовония.
В лагере кроме стариков и женщин оставались еще несколько юнцов.
— Мне нужен самый большой котел — вы должны вскипятить в нем воду к возвращению вашего господина, — объявила она им.
