Рафаэль

Ее улыбка померкла и она посветила маленьким фонариком мне в глаза, после чего заставила меня проследить за движением своего пальца.

— Ты не в порядке. У тебя шок. — Она посмотрела на Клодию. — Ты сказала, что эта кровь не ее.

Доктор Лилиан вздохнула.

— Огражденные места переполнены, но нам нужно осмотреть ее рану.

У них были три огражденные занавесками зоны в раздевалке — нечто-то вроде импровизированных травмпунктов. Кто-то кричал, кто-то матерился на испанском так громко, что было слышно даже сквозь крики.

В третьей зоне кровь текла из-под занавесок, как… Я отвернулась от нее. На сегодня с меня было достаточно крови. Остальная часть помещения выглядела как обычная раздевалка в большинстве залов для смешанных единоборств, с той только разницей, что на одной из стен висело большое зеркало, а такое чаще встречаешь в женских раздевалках.

— Анита, мне нужно осмотреть твою рану. — Напомнила доктор Лилиан.

— Хорошо. — Согласилась я.

— Это значит, что тебе придется раздеться, чтобы я смогла увидеть ее.

— Анита, чтобы это сделать, мне нужно, чтобы ты спустила штаны.

— Ты можешь сделать это прямо сейчас? — Уточнила она.

Я потянулась к своему ремню и начала расстегивать его. Я смутно понимала, что в обычной ситуации не стала бы спускать с себя штаны на виду у всех, но сейчас это не казалось мне такой уж большой проблемой.

Доктор Лилиан опустилась рядом со мной на колени. Незнакомый мужчина появился с лотком, полным медицинских инструментов.

Когда-то меня бы обеспокоило, что незнакомец оказался поблизости, когда мои штаны спущены до колен, но этот парень был в халате и вел себя, как настоящий профессионал. К тому же, Пьеретта была моей любовницей, и дни, когда меня могли смутить исключительно мужчины, давно прошли, а если кого-то заведет вид моего нижнего белья и обнаженного бедра, то это кто-то может пойти нахер.

Нога у меня даже не болела до тех пор, пока Лилиан не облила ее антисептиком. Резкая боль пронзила туман в моей голове, а когда Лилиан протирала мою ногу куском марли, та прилипла к краям раны.

Это ощущение заставило мой желудок сделать сальто.

— Все не так уж и плохо. — Заметила Лилиан. — Однако придется наложить швы.

Мне пришлось проглотить комок тошноты в горле, прежде чем я смогла ответить:

— Можно мне сперва обезболивающее?

— Твое тело все еще воспринимает лекарства, как человеческое? — Уточнила она.

Мне пришлось поразмыслить над этим.