Рай по завещанию

Она чуть не закричала с облегчением, когда Милли, не встретив должного одобрения, недовольная уровнем музыкального образования присутствующих, заявила, что завтра рано вставать, – дела! – и увела своего унылого Эдварда домой.

Констанция пошла проводить Перкинсов. Рэм встал, разминая затекшие ноги.

– Полагаю, мы тоже пойдем, – он ни к кому конкретно не обращался, но четверо Марлоу в один голос спросили:

– Ночью? Куда? Зачем? Что еще такое, черт побери? – последние слова принадлежали Адаму.

Весь вечер он следил за напряженным лицом дочери.

– Иден проведет свою первую брачную ночь здесь, под крышей МОЕГО дома и под МОЕЙ защитой, – он расправил плечи с чувством отцовского достоинства. – И если вы хотите быть с нею, – прорычал он, – то и вам придется остаться.

– Я все организовал. По-другому, – твердо сказал Рэм, заслоняя жену от мужчин семьи Марлоу.

– Он снял комнаты в гостинице «Бостон», – вмешался Арло, попятившись от грозного взгляда Итона.

– Моя дочь не будет проводить первую ночь своей замужней жизни в публичном доме! – глаза Адама гневно сощурились.

 – Я хочу знать, что она здорова и в безопасности, а утром своими собственными глазами убедиться в этом!

– Со мной она в безопасности! Я ее муж! – Рэм ткнул большим пальцем себе в грудь, возмущенный, что Адам в открытую попирает его права – права супруга. – И она будет спать…

– Под этой крышей! – закончил Джеймс, побледнев от гнева.

– Не нужно спорить, – Чейз встал между дрожащим от ярости Джеймсом и возмущенным Маклином. Он внимательно посмотрел на бледное лицо сестры, на ее огромные испуганные глаза, заставив и Рэма повернуться к жене.

Все посмотрели на Иден, помертвевшую от напряжения, не способную вымолвить ни слова. – Я уверен, мы все хотим, чтобы Иден было хорошо. Мы считаем, что дома, в знакомой обстановке, ей будет… легче. Особенно сегодня.

Сверху вниз Рэм посмотрел на дрожащий подбородок, поникшие плечи, нервно сжатые руки. И ощутил странное желание согласиться с доводами Чейза. Он протянул руку и прижал Иден к себе – она двигалась, словно деревянная кукла.

– Констанция, – Адам сделал вид, что не обратил внимания на реакцию Рэма. – Отведи дочь наверх, и пусть все будет приготовлено.

Рэм раздраженно повернулся к Адаму, но Констанция уже положила руку на плечи дочери и уверенно повела ее за собой.

– Садись, СЫНОК, – приказал Адам Рэму. – У нас еще есть время пропустить пару рюмок бренди.

Было уже очень поздно, когда Рэму наконец удалось покинуть гостиную.