Рай по завещанию

У Иден перехватило дыхание. Губы Рэма изогнулись в улыбке, он уложил девушку на постель. Она попыталась скрестить руки на груди, прикрываясь, но розовый бутон продолжал дразнить, выглядывая из-под ладони. Рэм развел ее руки и приник к соблазнительному холмику, нежно шепча в самое ухо:

– Иден, дорогая, не бойся, я не причиню тебе боли. Я только хочу любить тебя…

«Любить тебя… Любить тебя… Любить тебя…» Жаркие слова, казалось, волнами окатывают тело. Он любит ее!

Она пила его поцелуй, как драгоценную воду, обхватив руками обнаженные плечи Рэма, прижимая его к сладко ноющей груди.

Рэм быстро целовал ее подбородок, изгиб шеи, упругие соски. Его поцелуи дразнили, разжигали нежную страсть.

– О, Рэмсей… – она закрыла глаза, всем телом впитывая дикие, прекрасные чувства. – Что ты делаешь со мной? О, Рэм…

– Иден, я люблю тебя… И хочу сделать счастливой.

Каждое движение его руки, каждый поцелуй разжигали тело. Теплый ветер, казалось, овевал самые укромные части тела, лишая дыхания, унося все выше и выше на крыльях нежности.

Ее руки скользили по мускулистой спине и ниже, вторгаясь в неведомые территории. Рэм продолжал покрывать тело Иден нежными поцелуями, пальцы пробегали по животу, мимолетно касались бедер и опять уходили вверх – он боялся торопить события, боялся неосторожным движением испугать пробудившуюся страсть. Наконец, решился.

– Иден, дорогая, я так хочу любить тебя, – рука нежно коснулась бедра.

Смысл слов, наконец, дошел до девушки. Это не требование, скорее, мольба. Пальцы пробежали по его густым волосам, Иден притянула его голову к себе, сливаясь в страстном поцелуе.

Тяжесть мужского тела вдавила ее в постель, бедра раздвинулись, открывая нежную плоть. Боль, тепло, которые она ощущала, и были ответом. Она вздрогнула, ощутив возбужденную плоть.

– Иден, любовь моя… ты так прекрасна… – он гладил ее лицо, губы, шею, плечи, вызывая во всем теле желание.

Тело Иден выгнулось навстречу, Рэм вошел в нее упругими толчками, опасаясь потерять контроль над собой. Нет, он не должен испугать ее, иначе все пропало. Но ее лицо выражало радость – они стали единым целым, боль и напряжение исчезли.

Ее руки сильнее сжали шею Рэма, бедра невольно начали двигаться в такт его движениям, открывая новые радости. Иден застонала, голова откинулась назад, обнаженная грудь трепетала.