Слишком мало, чтобы охватить территорию больше, чем средний человеческий городок, и слишком много, чтобы потом устроиться на этом клочке пространства с необходимым комфортом.
Маир смотрела на родные земли — и сердце обливалось кровью. Она любила здесь каждое дерево, каждую тропку, заросшую травой. Знала, сколько в этих густых лесах птиц, сколько рыб в озёрах, когда волки выходят на охоту и где прячут своих щенков. Она чувствовала, как содрогается в муках земля, как в панике бегут животные, как плачут у воды ивы и скрипят под ветром старые дубы.
Их боль была её болью. Эта потеря — их общей. Сегодня они все лишались дома.
По щекам Кенры текли слёзы. Наам стояла бледная, до крови закусив губу. Сёстры смотрели на Маир, словно ожидая, когда натянутое спокойствие древней ведьмы даст трещину. И Маир отворачивалась, дышала глубоко и часто, сжимала кулаки до боли. Знала: если сорвётся она — в истерику ударятся все.
«О Первая Тёмная, ты не готовила нас к такому!»
Маир опустилась на корточки, зарываясь пальцами в мох.
Прислушалась. Из глубины земли, из самых недр, доносился нарастающий гул, но время оставалось. Они должны успеть. Обязаны!
Над Башней сгущались тучи. Вспышки молний следовали одна за другой. В воздухе разливался запах озона. В самом высоком окне под разрушенным чердаком мерцал огонь, едва заметный на таком расстоянии. В светящемся проёме мелькнул силуэт: Дэа подала знак. Пора! Маир разбила ближайшую пару и заняла место в круге. Крепко сжала пальцы сестёр. Женщины закрыли глаза, подставили лица ветру и начали медленно, нараспев читать заклинание.
Стройный гул голосов усиливался, поднимаясь над шумом ветра, заглушая удары грома и грохот обрушившегося дождя. Косые струи хлестали по щекам. Кололи кожу. Одежда промокла. Ноги по щиколотки утопали в раскисшей земле. К концу заклинания ведьмы кричали, вторя безумствующей стихии. Лёгкие горели огнём, но каждое слово наполняло Маир покоем, словно вводило в транс. За спиной ветер выкорчёвывал деревья, закручивал вихрями листья. В воздухе и под кожей искрилась магия.
* * *Полночи Ева обдумывала идею, пришедшую в голову. Насколько это рискованно? Осуществимо ли? Решив, что терять нечего, пленница вздохнула и закрыла глаза. Для того, чтобы вызвать демона, необходимо представить его лицо или мысленно произнести имя. Таким образом, Ева оказалась сильно ограничена в выборе: знакомых среди жителей Пустоши у неё не было. Сосредоточившись, девушка попыталась воспроизвести в памяти однажды увиденные черты.
