Рапсодия минувших дней

— Да уж как-нибудь, — пожала я плечами и, тряхнув головой, стянула полотенце, укутывавшее волосы.

Еще раз промокнула им кончики рассыпавшихся прядей и положила на край туалетного столика.

— Что-нибудь еще желаете? — всё не уходили горничные.

— А что вам приказал лорд Калахан? — задала я встречный вопрос, стоя посреди комнаты, обмотанная большим полотенцем.

Пальцы босых ног стали подмерзать, и я их невольно поджала.

— Господин велел помочь вам с омовением, подобрать одежду, накормить.

— В таком случае вам осталось меня накормить, и вы свободны, — улыбнулась я.

— Так ночь же… — снова переглянулись они.

— Вы предлагаете мне самой идти на кухню и искать, чем можно закусить?

Странные они какие-то. В прошлые разы я с этими двумя конкретными девчонками не общалась и не замечала ничего необычного в их поведении.

— Нет! — испуганно воскликнула одна и зыркнула на свою напарницу. Мол, с ума сошла, хозяйской гостье такое говорить?

— Девушки, время позднее. Все устали. Поэтому организуйте мне сюда поднос с мясной и сырной нарезкой.

Хлеб. Если есть пироги, то несите. Хорошо бы фрукты и овощи, любые, какие найдете. Мёд. И молоко в посудине, в которой я смогу его подогреть. Не хочу заболеть.

— А… много? — зачем-то уточнила одна девушка.

Я подняла глаза к потолку, досчитала до пяти. Выдохнула, ответила:

Не убудет на кухне, а у меня пусть будет запас.

Обменявшись многозначительными взглядами, зачем-то еще посмотрев на сиротливо лежащую кружевную сорочку, служанки ушли.

А как только за ними хлопнула дверь, на пороге моей спальни немедленно нарисовался Дарио.

— Так и знал, что ты не сможешь высушить волосы.

Медленно, начиная с босых ног, он изучал меня. Огладил взглядом голые коленки. Задержался на укутывающем меня полотенце, потом на обнаженных плечах, на которых еще остались капельки воды. Внимательно рассмотрел мой подбородок, губы, правое ухо. Почему правое, непонятно. Оно ничем не лучше левого. Вероятно, Дар тоже так подумал, потому что переключил внимание на мою грудь, и было оно излишне пристальным, по моему мнению.

После чего посмотрел на мое левое ухо…

Вот тут мне стало смешно.

— Так ты поможешь? — спросила я.

Я не испытывала неловкости или стыда. Какое уж тут смущение, если мы спали несколько месяцев обнаженными в обнимку в одной постели под общим одеялом. Да я знаю его тело так же хорошо, как свое. А его руки касались меня везде, когда он делал мне массаж после болезни.