Распутье

Я переживал за Федю и даже за Ингу, все-таки мы росли вместе, она была мне как младшая сестренка, пока мы не посмотрели друг на друга как мужчина и женщина и наши невинные отношения не разрушил секс по дружбе.

Набрав номер друга, я затушил сигарету об асфальт и прислонил гаджет к щеке.

— Да, — после первого же гудка раздался тихий голос Феди.

— Как дела, Федь? — заинтересовано спросил я и сел за руль своего автомобиля.

— Мы в больнице, — расстроено ответил он, — как Яна?

— Она дома, захотела побыть одна, — я потер переносицу и устало вздохнул.

— Ты можешь приехать? — с неуверенной интонацией произнес друг. — Я скину тебе адрес.

— Конечно! — пытаясь приободрить Федю, сказал я. — Жду координаты.

Разъединив наш разговор, я откинулся назад и закрыл глаза. Мысли одна за другой стремительно проносились в моей голове, и я не знал, с разбора какой было бы правильней начать, чтобы исправить свое разбитое состояние.

В реальность меня вернул звук пришедшего сообщения. Открыв его, я прочел адрес и, быстро сообразив, в какую сторону мне ехать, отправился в путь.

Пробираясь через сплошной поток машин, я только через час добрался до нужного мне места. Проходя сквозь высокие металлические двери, которые скрывали длинное одноэтажное здание от остального мира, я обратил внимание на табличку.

«Частная психиатрическая клиника».

Да уж, дела были совсем плохи!

На широких бетонных ступенях я увидел Каролину и спешным шагом направился к ней.

— Егор, — встревоженно вскрикнула она, заметив мое приближение.

Перепрыгивая через несколько ступеней, она быстро подбежала ко мне и крепко обняла.

— Хорошо, что ты приехал, — облегченно выдохнула она и посмотрела на меня глазами, полными слез, — Феде очень нужна твоя поддержка.

Вместе мы направились внутрь клиники. Следуя за Каролиной по длинному темному коридору, мне было не по себе. Обстановка была не из приятных, словно я находился в фильме ужасов.

В самом конце, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, стоял Федя.

— Федь, — тихо позвал я друга и перевел взгляд на двустворчатые белые двери.

— Спасибо, что приехал, — мы обменялись дружескими объятиями, после чего я встал напротив друга.

— Как Инга? — задал я неприятный для всех вопрос, так как меньше всего хотел получить на него ответ.

— Хреново, — вздохнул Федя, — ее осмотрел врач и теперь у нее в палате родители.

Слова о том, что здесь находились их родители, заставили меня всерьез заволноваться.