Рассказ о двух сестрах (ЛП)

Я люблю тебя, и я не знаю, чтобы еще мог сделать, чтобы убедить тебя выйти за меня замуж.

С ее губ неожиданно сорвался смешок.

— Ты нашел бы способ убедить меня, — сказала она.

— Совершенно точно. Я бы занялся с тобой любовью прямо в библиотеке твоего отца, если уж на то пошло, — ответил он с коварной улыбкой

— Да, я полагаю, что смог бы, — медленно согласилась она, слегка улыбаясь.

— И уверяю тебя, — сказал он, нежно целуя ее в чувствительное местечко на шее, — был бы очень настойчив и убедителен.

— Нисколько не сомневаюсь, — подтвердила она своим прерывистым дыханием.

— Практически, — продолжал он, в то время как его проворные пальцы расстегивали пуговички сзади на ее платье, — мне, очевидно, придется убеждать тебя сейчас.

Шарлотта задержала дыхание, когда почувствовала прохладный воздух на своей обнаженной спине. В любой момент платье могло соскользнуть с нее, и она останется перед ним нагая. Он был настолько близко, что она почувствовала, как учащенно забилось его сердце и дыхание стало прерывистым.

— Не волнуйся, — шептал он ей на ухо. – Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо.

— Я знаю, — отозвалась она с дрожью в голосе, — но не могу не волноваться.

Он обнял ее и расхохотался.

— Ты всегда можешь мне все рассказывать, — сказал он и добавил, — мое сокровище.

— Обещаю быть откровенной всегда, — поклялась она.

Он немного отступил, чтобы снять рубашку, оставляя Шарлотту, судорожно схватившуюся за сползающее платье.

— Ты хочешь, чтоб я ушел? – спросил он спокойно.

Ее глаза пораженно расширились – такого она не ожидала.

— Что бы переодеться перед сном, — объяснил он.

— О, — не могла сообразить она, — о, а, что так положено?

— Так можно, — сказал он, — но совсем не обязательно.

— А как ты хочешь? – шепнула она.

Его глаза загорелись.

— Я хочу сам снять с тебя всю одежду.

— А затем я хочу уложить тебя на кровать и любоваться твоей наготой.

Ее сердце ухнуло вниз.

— Ну, а потом, — сказал он, одним движением отбрасывая рубашку и делая решительный шаг к ней, — я думаю, что поцелую каждый дюйм твоего тела.

После этого она и вовсе перестала дышать.

— Если ты, конечно, не возражаешь, – добавил он, призывно улыбаясь.

— Я не возражаю, — сказала она, вновь обретая способность дышать, и смущенно покраснела, сообразив насколько нескромно ее признание.

Но Нед только улыбнулся, а его руки стали медленно спускать лиф ее платья.