И пригласил всех во двор.
Андрей въезжая оглянулся.
Скользнул взглядом по многим любопытным мордочкам. Наверняка ведь станут судачить, что первым он навестил Агафона. Ну да и ладно.
Заехал.
Спрыгнул с коня.
Дал ему морковку, оглаживая по шее. И тихо буркнул подошедшему Агафону:
– Афанасия зови.
– Зачем? – удивился купец.
– Дело есть.
– Так ты же говорил, что краски нет. Вот последний раз, когда у тебя гостил.
– Тогда не было. Сейчас есть.
Купец нервно сглотнул и убежал отдавать распоряжения. Сильно шуметь он не хотел.
Если Андрей звал священника, то явно дело шло не о мелочи. А значит можно было спугнуть сделку или какую еще беду навлечь излишним шумом.
Андрей же начал принимать купленных Агафоном меринов. А потом руководить снаряжением вьючной и верховой сбруи. И погрузкой тех вещей, что передал с лодками купеческими в Тулу. Чтобы с собой не тащить на перегруженных лошадях…
– Доброго тебе дня, Андрей Прохорович, – тихо, но отчетливо произнес отец Афанасий незаметно подойдя к молодому воину.
Как так получилось? Да делами увлекся. А вокруг постоянно все мельтешили, и он просто не придал значения очередной тени.
Священник обратился к парню очень необычно для его официального положения. По имени и нормальному отчеству обращались в те годы только к князьям или царям, ну или боярам. К остальным тоже могли, но в крайне ограниченном спектре ситуаций. И эти ситуации без всякого исключений были связаны с лестью. Причем лестью очень сильной, грубой, выпуклой.
Обратись отец Афанасий так к любому из поместных дворян, их бы как током ударило.
Они бы смутились. Может быть даже поправили. Андрей же воспринял это обычно, нормально и невозмутимо. Словно к нему так каждый день обращаются. Даже ухом не повел. Через что заставил вздрогнуть уже самого отца Афанасия, ведь до него дошли слухи о вещах, обсуждаемых у воеводы. И про якобы возрождение в теле отрока древнего воина слышал. И о том, что он весьма непростым человеком был в прошлом…
«Так что же? Это все правда?» – пронеслось в голове священника.
– И тебе доброго дня, отче, – произнес Андрей. – Ты прости, что оторвал от дел. Но без тебя никак не получилось бы.
– Что-то случилось? – несколько нервно спросил священник, с трудом удерживая свое волнение.
– Агафон, есть у тебя место, где мы смогли бы спокойно переговорить? Без лишних глаз и ушей?
– Найдется, – степенно огладив бороду, произнес купец.
– Тогда веди, – произнес Андрей и снял со своего заводного мерина суму парную.
