– Мы вторглись на его землю, и он нас предупреждает?
– Не знаю… я много слышал волка. И этот вой не похож на предупреждение.
– А что похож?
– На призыв стаи… наверное…
Камал нервно дернул шее, но в остальное отреагировал спокойно. Волчья стая вряд ли могла угрожать такой большой толпе вооруженных мужчин."
"Воины и пастухи вскочили со своих мест и распределились по территории. Не столько для обороны, сколько для успокоения лошадей. А тем было явно не по себе.
Сам же Камал с несколькими наиболее верными воинами остался у костра.
Ему не престало бегать за волками. И без него есть, кому их прогнать. Да и вообще – если он начнет мельтешить – и остальным это передастся. А люди явно на нервах.
Вся стоянка превратилась в локальный филиал дурдома.
Лошади ржали и дергались. Люди туда-сюда снова и что-то орали. Но хуже всего было то, что юные девицы-рабыни завыли от страха, а те, что были постарше их поддержали. Что только подогревало общую истерию.
Однако ничего сверх того не происходило.
Во всяком случае так казалось Камалу, который сидел у костра и прислушивался… присматривался и принюхивался, пытаясь оценить степень угрозы.
Вдруг ему показалось, что в отблесках костра он увидел на опушки леса человеческую фигуру. Камал прищурился и встал, чтобы лучшее ее разглядеть.
И верно – вон – силуэт. Воина, без всякого сомнения. Лицо его было закрыто металлической полумаской, а тело укрыто ламеллярным доспехом. В степи к 1550-ым годам этот тип доспеха вышел из употребления. Однако хватало воинов, которые помнили дедовское воинское снаряжение.
Полумаски, к слову, тоже практически не употреблялись, уйдя в прошлое, но и о них помнили. То есть, в глазах сведущих степняков, этот воин стоял в праотеческом защитном комплекте. Без всякого сомнения степном, но древнем… возможно очень древнем…
– Ты видишь его? – тихо спросил Камал.
– Все-таки мы их разбудили… – также тихо прошептал старый соратник.
– А вой?
– Не хочу даже думать об этом…
– Смотрите! Смотрите! – вдруг воскликнул кто-то из воинов, указывая куда-то в сторону от этой фигуры.
Камал приглядел и заметил группу из трех воинов. Грудь их также прикрывал ламелляр, а все остальное защищала кольчуга. Даже лицо. Ибо бармица у них сходилась спереди до самых глаз. Андрей специально на этом настоял, чтобы минимизировать глупые ранения шеи и лица. А потом еще в поединке недавно продемонстрировал, как все может повернуться при открытой бармице.
Так вот – эти люди также походили на воинов праотеческих дней.
