Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Мне опять нужно…

Она оперлась головой о руку. Она ненавидела пользоваться им, но к кому еще она могла обратиться? А Буч… Боже, Буч… она чувствовала себя так, словно его предает. Но что же ей остается?

– Когда, талли? – прорычал Ривендж, – Когда я тебе нужен?

– Тогда иди… а, черт, я же встречаюсь с лиидиром принцепсов. Затем есть пара вопросов по работе…

Она сжала трубку. Ждать – это ужасно.

– С наступлением сумерек. Если, конечно, ты не захочешь прийти и остаться у меня. Тогда мы смогли бы… провести вместе целый день.

– Завтра, с наступлением ночи.

– Жду с нетерпением, талли.

Она повесила трубку, вытянулась на кровати и почувствовала дикую усталость, ее тело уподобилось простыням, одеялам и подушкам – еще один неодушевленный объект.

Черт… может, и лучше, что она подождет до завтра. Отдохнет, затем поговорит с Бучем и объяснит ему, что происходит. Когда она не возбуждена, ей удается себя контролировать, а разговор лучше провести с глазу на глаз.

Если влюбленные мужчины ведут себя так же, как и связанные вампиры, Буч вряд ли спокойно воспримет тот факт, что ей нужно быть еще с кем-то.

Она со вздохом подумала о Риве. Затем о Совете принцепсов. И вообще о вампирских женщинах.

Боже, даже если отстранение каким-то чудом не примут, для женщин все равно нигде нет надежного места, опасность грозит им даже дома. Из-за распада вампирского общества и войны с лессерами в расе нет никаких социальных учреждений.

Никакой системы безопасности. Никого, кто бы помог женщинам и детям, если хеллрен в их доме окажется слишком жестоким. Или если женщину выгонят из семьи.

Господи, что бы с ней стало, если бы Бет и Рэт не взяли ее в дом? И если бы у нее не было Ривенджа?

Она бы попросту умерла.

После теоретических занятий Джон пришел в раздевалку тренировочного центра первым. Он быстро переоделся в кимоно, с нетерпением ожидая начала боевой практики.

– Куда спешишь, Джон? А, минуточку, тебе же в кайф, когда тебя лупят по заднице.

Джон обернулся. Перед открытым шкафчиком, стягивая дорогую шелковую рубашку, стоял Лэш. Его грудь была не шире, чем у Джона, руки не менее худыми, но смотрел Лэш на Джона такими горящими глазами, словно был размером с быка.

Джон встретил этот взгляд с поднятой головой, его нутро вспыхнуло. Он жаждал, чтобы Лэш еще раз открыл рот и что-нибудь ляпнул. Хоть одно слово.