Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Начали!

– Думаете, меня это всколыхнет? – сквозь зубы проговорил Зетист, – Пошли!

Джон побежал вместе с остальными, думая, что это будет действительно очень долгая ночь. Но по крайней мере, Лэш не выглядел уже таким довольным…

Четыре часа спустя выяснилось, что Джон был прав насчет ночи.

По окончании занятия все совершенно вымотались. Зет не только заставил их упражняться на матах, но еще и продержал дольше обычного. Словно на несколько веков больше, чем обычно. Чертова тренировка оказалась такой изнурительной, что Джон не только не смог заняться самостоятельными упражнениями, но сразу направился в кабинет Тора и упал в кресло, даже не приняв душ.

Подобрав под себя ноги, он подумал, что отдохнет только минутку, а потом пойдет мыться…

– Ты в порядке? – требовательно спросил Зетист.

Джон, не поднимая головы, кивнул.

– Я потребую, чтобы Лэша отстранили от тренировок.

Джон резко выпрямился и начал мотать головой.

– Плевать мне на это, Джон. Он нападает на тебя уже второй раз. Или мне нужно напомнить про случай с нунчаками?

Нет, Джон это и так помнил.

Он хотел сказать больше, чем мог выразить жестами, и, чтобы Зетист все понял, Джон дотянулся до блокнота и очень аккуратно написал: «Если его вышвырнут, я покажу себя слабаком. Я хочу когда-нибудь драться на одной стороне с этими парнями. Как они смогут мне доверять, зная, что я рохля?»

Он передал блокнот Зетисту, который осторожно принял страницы в свои большие ладони. Голова брата низко опустилась, брови сошлись вместе, искалеченный рот задвигался, словно Зетист произносил каждое слово вслух.

Закончив, Зет положил блокнот на стол.

– Джон, я не позволю этому маленькому гаденышу тебя бить. Просто не позволю. Но ты в чем-то прав. Я назначу Лэшу испытательный срок. Еще один такой эпизод – и его выгонят.

Зетист подошел к шкафу, в котором был скрыт потайной проход в тоннель, затем оглянулся.

– Послушай, Джон. Я не потерплю самодеятельности во время тренировок. Так что не пытайся нападать на мерзавца, хоть он это и заслужил.

Джон отвел глаза, вспомнив, как сильно он хотел поколотить Лэша. И до сих пор хотел.

– Джон? Мы друг друга поняли? Никаких стычек.

После долгой паузы Джон медленно кивнул.

Он надеялся, что сможет сдержать слово.

Спустя множество часов у Буча так онемели ягодицы, что он с трудом мог отличить, где заканчивается пол и начинается его тело. Весь день он просидел в коридоре под дверью Мариссы.