Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Вишу в той же манере обогнул капот с другой стороны, давая понять: «Расслабьтесь, мы вас не тронем», и остановился фута за три от пассажирской двери. Никаких признаков жизни.

С севера налетел холодный ветер, влажный порыв заставил Буча почувствовать все болячки после минувшей драки.

Мгновение спустя замки машины открылись.

Джон не мог оторвать глаз от Блэйлока. Особенно в душевой. Тело парня стало просто огромным, повсюду проступили мускулы, разветвляясь от позвоночника, охватывая плечи, руки и ноги. А еще он стал дюймов на шесть выше.

Но счастливым он не выглядел. Двигался неуклюже, утыкался лицом в кафельную стену большую часть времени, пока мылся. И, судя по вздрагиваниям, мыло, которым он пользовался, его раздражало, – или все дело в коже? А собираясь встать под душ, Блэй то и дело отступал, подбирая температуру.

– Хочешь в него втюриться? Смотри, братья будут ревновать.

Джон сердито взглянул на Лэша. Тот нагло улыбался, намывая свою узкую грудь; толстая бриллиантовая цепь была облеплена мыльной пеной.

– Эй, Блэй, тебе лучше не ронять мыло. Малютка Джон рассматривает твое тело с таким интересом, какой тебе и не снился.

Блэйлок проигнорировал колкости.

– Блэй! Ты меня слышишь? Или размечтался о том, чтобы мелкий Джон сам оказался перед тобой внаклонку?

Джон встал перед Лэшем, загородив Блэя.

– Ой, да ладно, тебе ли его защищать? – Лэш взглянул на Блэйлока, – Блэй не нуждается в чьей-либо защите. Он теперь здоровя-а-ак – правда, Блэй? Скажи: если Джон захочет с тобой порезвиться, ты ведь ему позволишь? Держу пари, что позволишь.

Джон подался вперед, повалил Лэша на мокрую плитку и… с силой врезал.

Словно на автопилоте, он снова и снова бил парня по лицу кулаками, налившимися безмерной ненавистью, пока кафельный пол душевой кабинки не стал ярко-красным до самого стока. И неважно, сколько пар рук оттаскивало его – он их не замечал и продолжал колотить.

Вдруг чьи-то руки с силой оторвали его от Лэша.

Он сопротивлялся тому, кто бы это ни был, боролся и царапался, сквозь кровавый туман видя, что класс отшатнулся в страхе.

И не переставал бороться и беззвучно кричать, пока его несли из душевой. Из раздевалки. По коридору. Царапался и отбивался, пока не был брошен на синие маты спортзала и не лишился дыхания.

Какое-то время он мог видеть лишь лампы на потолке, но, почувствовав себя прижатым к матам, снова начал борьбу.