Разоблаченный любовник (Др. изд.)

– Да… милостивая Дева-Законоучительница, да.

Второй рукой он дотянулся до другой груди и поиграл с соском, затем помассировал саму округлость. Нависнув над Мариссой, Буч казался таким большим, больничная рубашка соскользнула с мускулистых плеч, крепкие руки удерживали его тело. Когда он переключился на другой сосок, темные волосы мужчины потерлись о бледную кожу девушки, такие мягкие, шелковистые…

Затерявшись в жаре и нарастающем возбуждении, она и не заметила, как зашевелились ее юбки… пока не оказались на бедрах.

– Можно мне пойти чуточку дальше? – не отрываясь от ее груди, спросил Буч, – Клянусь, что остановлюсь, как только ты этого захочешь.

Когда по ее голому колену скользнула ладонь, Марисса дернулась, но затем он продолжил ласкать грудь, и она позабыла страх. Медленными, неторопливыми движениями его рука поднималась выше и выше, пока не оказалась между ее бедер…

Внезапно Марисса почувствовала, что внизу она мокрая. В панике девушка стиснула ноги и оттолкнула Буча.

– Я чувствую что-то… странное… – пробормотала она, покраснев по самые уши.

Он погладил ее по внутренней стороне бедра.

Когда она кивнула, он медленно и чуть ли не плотоядно улыбнулся ей.

Он поцеловал девушку, задерживаясь на ее губах.

– Скажи мне, что это?

Она покраснела еще больше, но его рука продолжила ласки.

– А что тебе странно?

Она не может произнести это.

Он придвинулся так, что его губы оказались рядом с ее ухом.

Когда она кивнула, он зарычал.

– Здорово, что ты влажная… это как раз то, что нам нужно.

Быстрым плавным движением Буч дотронулся до трусиков между ее ног, и они оба вздрогнули от этого соприкосновения.

– О… боже, – застонал он, роняя голову на ее плечо, – Ты и правда теперь со мной. Ты со мной.

Возбужденная плоть Буча пульсировала, пока он держал руку на теплом влажном атласе, прикрывающем сердцевину Мариссы. Он знал, что если отодвинет трусики, то насладится восхитительным нектаром, но Буч не хотел спугнуть девушку.

Обхватывая ее пальцами, он потер тыльной стороной ладони верхнюю часть щелочки там, где Мариссе будет приятнее всего.

– Буч, мне нужно… кое-что… мне…

– Детка, ты когда-нибудь…

Черт, она определенно никогда себя не удовлетворяла. Так удивилась, пощупав свой собственный сосок.