Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Буч точно знал, в какой момент лессеры начнут нападать, и двинулся вперед вместе с ними. Когда Рэйдж и Ви приняли боевые стойки, Буч схватил центрального убийцу за шею и повалил на землю.

Лессер завопил, и Буч прыгнул на него сверху, хорошо зная, что совершенно не в состоянии драться. Секунду спустя уже лессер занял позицию наездника, сев на него верхом и начав душить. Мерзавец был ужасно силен и зол – чисто боец сумо в бешенстве.

Пока Буч боролся, чтобы не позволить лессеру оторвать ему голову, он заметил свет и услышал треск.

Но когда они подбежали, началось самое интересное.

Буч впервые пристально посмотрел в глаза нежити, и внутри его что-то щелкнуло, словно встав на свои места, связывая их. Вокруг их с лессером тел будто бы появились металлические прутья. Когда убийца замер, Буч почувствовал неодолимую тягу… он толком не понял, к чему именно. Но инстинкт оказался настолько сильным, что Буч открыл рот и вдохнул.

И тогда началось… Прежде чем он понял, что делает, его легкие стали вбирать воздух одним глубоким ровным потоком.

– Нет… – задрожав, прошептал лессер.

Что-то возникло между их губами, некое черное облачко, покидающее нежить и переходящее к Бучу…

Связь прервалась грубым ударом сверху. Вишу схватил убийцу и отбросил в сторону, ударив головой о стену. Прежде чем мерзавец успел очнуться, Ви погрузил в его грудь черное лезвие.

Когда искры и шипение исчезли, Буч безвольно упал на асфальт.

В поле его зрения появилась пара ботинок на толстой подошве, но он не мог поднять голову и увидеть братьев. И понятия не имел о том, что, черт побери, сейчас произошло.

Что он осознавал – так это родство с лессерами.

– Ты в порядке? – прозвучал голос Ви, столь же слабый, как и тело Буча.

Буч зажмурился и покачал головой.

– Думаю, лучше… если вы заберете меня отсюда. И не вздумайте везти домой.

Вишу открыл свой пентхаус и втащил Буча внутрь, пока Рэйдж придерживал дверь. Они втроем поднялись на грузовом лифте с черного входа, что имело смысл: коп был чертовски тяжелым, весил больше, чем могло показаться на первый взгляд, как если бы сила земного притяжения уделила ему особое внимание.