Разрешаю смотреть

Никогда не была фанаткой минета, но хочу попробовать Федю. Он такой возбуждающе твёрдый, что между моих ног сжимаются все мышцы до единой!

— Что ты подумал, когда увидел меня в первый раз? — еле ворочая языком, возвращаюсь к его лицу.

Я такой возмутительно мокрой не была никогда в жизни.

— Ни хера приличного, — сипит он, а потом просит: — Потрогай свою грудь.

Мои руки как по команде ложатся на недоеденицу и сжимают её. Прогибаюсь в спине, сгребая себя ладонями. С губ срывается стон, потому что я оказываюсь невозможно чувствительной везде!

Рука Феди молниеносно оказывает в его трусах.

Кажется, у меня сейчас случится оргазм...

— Сожми… сильнее, — скользнув языком по своей нижней губе, велит он.

Вместо этого я ныряю одной рукой в свои трусики, надавливая пальцами на чувствительную плоть, и хнычу, двигая бёдрами.

Ноздри Немцева раздуваются от шумного вдоха, которым он затягивает в себя кислород. Отодвинув боксеры, сжимает в кулаке свою эрекцию и начинает двигать рукой вверх-вниз.

Мамочки…

Концентрироваться на собственных мыслях получается через раз.

Моё бельё такое прозрачное, что Феде отлично видно всё, что вытворяют мои пальцы.

Это самое безумное, что я когда-либо делала с парнем.

— М-м-м… — Развожу колени шире, опуская одну руку на пол позади себя.

Ещё чуть-чуть, и всё...

— На хер… — рычит Немцев, подскакивая и дёргая меня на себя.

Скатывается с дивана и наваливается сверху, придавив мои запястья к полу.

— Феденька... — хнычу, двигая бёдрами под ним.

Выпустив мои руки, сжимает ладонью грудь. Костяшками пальцев проводит по моей микро-татушке.

Потираюсь о его член, выгибаясь и извиваясь. Я сейчас взорвусь. Мамочки...

— Ф-е-е-едя-я-я...

— Блдь… сейчас… — Возится он, раздирая мои “Провокаторы” пополам!

Одновременно толкается в меня членом и опускает голову к моим возбуждённо торчащим соскам.

Вскрикиваю, впиваясь пальцами в его волосы.

Рычит и проводит по ним языком. Толкается в меня ещё раз, сразу беря какой-то бешеный темп, от которого я кончаю через миллисекунду.

Меня замыкает и свет гаснет."

"Федя стонет надо мной, вколачиваясь в моё взбесившееся тело. До того момента, пока сам не замирает. Кончает с тихим рычанием, вжав мои бёдра своими в пол. Цепляюсь за него, потому что потеряла любые ориентиры в пространстве и времени.