Разрешаю смотреть

За этим не следует никакой реакции, поэтому я выползаю из-под одеяла и ставлю ноги на ледяной пол, пытаясь припомнить, где находится моя одежда. Хоть что-то из неё! Осматривая комнату, вспоминаю о печальной участи своих трусов...

— Куда ты? — тихое бормотание из подушек.

— Боишься, что я потеряюсь? — спрашиваю, поворачивая к нему голову.

— Я тебя везде найду, — не двигаясь, сипло заверяет Федя. — Давай ещё поспим...

Его голова провалилась между подушками, а дыхание глубокое и спокойное.

— Я не могу спать, когда голодная, — сообщаю вяло.

Мой организм перешёл в режим экономии энергии, и я мечтаю съесть что-то жирное и сладкое.

Федя делает глубокий вдох и на выдохе напрягает тело, потягиваясь.

— Ты не видел мой телефон? — Плотоядно наблюдаю за игрой мышц на его спине и ягодицах.

В ответ получаю что-то невнятное и неразборчивое.

Простонав, встаю с кровати и на цыпочках бегу в ванную. Оказавшись на подогретом кафельном полу, открываю шкаф, в котором заготовлена целая тонна полотенец и всякой разной дребедени, включая одноразовые тапочки, как в отеле.

Душ оформлен в виде глубокой ниши. Ну или пещеры, если хотите. Странная хрень без стеклянных перегородок, а на стене и полу фреской выложено какое-то непонятное римское сражение. Ванна на вид по стоимости как почка и установлена на резных ножках с когтистыми лапами на концах.

— Поклянись, что ты в этом интерьере никакого участия не принимал, — говорю, пуская в душе воду и делая погорячее.

Спиной чувствую приближение Немцева.

Сжимаюсь от удовольствия, когда горячие капли обжигают кожу.

Федя сонно трёт лицо ладонями, доставая из шкафа полотенце для себя и бросая его на мраморную столешницу умывальника.

— А что, не видно моей руки кругом?

Прыскаю от смеха, собирая волосы и закручивая их в рогалик на макушке, чтобы не намочить.

Волчья морда на его бедре скалится, когда он идёт ко мне. Голый, расслабленый и заспанный. У него на щеке след от подушки, и веки всё ещё поднимаются с трудом. Но мы со вчерашнего вечера ни разу не отошли друг от друга дальше чем на метр, и, когда я пошла ванную, нисколько не сомневалась в том, что через секунду он притащится следом.

— Хочу тебя… — произносит хрипло, сгребая меня в охапку и прижимая спиной к своей груди.

От удовольствия повсеместно покрываюсь мурашками. Мне так хорошо, что я забываю о существовании внешнего мира с его проблемами и прочей дребеденью."

"— Не сегодня... — откидываю голову Феде на плечо, кладя руки на его бёдра.