Разрушители

 – Я ограничился внешним осмотром, а для выявления фальшивки подобного уровня нужны более сложные заклинания. Откровенно говоря, я не ожидал от наших купцов такой прыти. Ишь ты! Не иначе у столичного жулья привычек нахватались.

У Тени Магистра эти слова вызвали гордость за столичное жулье. Тут уж кому чего.

Первый раз неузнанна, второй раз непонята, третий раз незвана…

После того случая в Лпане наше путешествие стало более осмысленным и целеустремленным. Отец явно держал путь в какое-то определенное место и желал быть там без промедления.

Бледная половинка луны висела в небе полдня, и я решил, что он хочет успеть туда к полнолунию. Как оказалось – ошибся. Папа демонстрировал к символам астрологии такое же презрение, что и ко всем прочим законам.

До полнолуния оставалось три дня, мы заночевали на самом обычном постоялом дворе. Я не заметил, когда он успел обо всем распорядиться. Отец встретил меня с утра, до завтрака. Он был в дорожной одежде, но без доспехов, и это производило странное впечатление.

Если подумать, то я с семи лет не видел его без брони.

– Прогуляемся, сын? – Он заговорщицки подмигнул мне.

Я так понял, что возражать не следовало. Во дворе нас ждали две оседланные лошади. Ни одного охранника отец с собой не взял. Я был озадачен, а Тень прямо-таки изнывал от любопытства. Мы ехали бодрой рысью часа два, потом привязали лошадей и до цели путешествия добирались пешком.

Там были еще одни чертовы руины.

Я попытался понять, что в них необычного. Здесь были каменные завалы, оплетенные змеиной лозой, были островки обычной бурой колючки.

Были кривые деревца, чуть более высокие, чем они обычно вырастают в Шоканге. А еще здесь были цветы, какие я раньше видел только на картинках.

Так уж вышло, что от Эпохи Хаоса пострадали не только люди, но и существа, с людьми совсем не связанные. Не стало певчих птиц, птиц перелетных и водоплавающих, крупные дикие звери уцелели только на дальнем севере, так же как и естественные леса. О том, что на склонах южных гор произрастали настоящие джунгли, в которых встречались древесные гиганты пяти-шести обхватов толщиной, сейчас напоминали только широченные доски, которыми был отделан парадный зал крепости Серых Рыцарей.

Впрочем, я тех досок не видел. Что-то из того безумного разнообразия уничтожили твари, что-то не перенесло изменившегося климата, а какие-то существа просто зачахли, словно не желали больше жить. То, что уцелело, было мелким и неприхотливым, серым, бурым, упрямым и колючим.