Разрушители

Э, как мог, пытался выправить вопиющие несоответствия.

– Считайте до трех прежде, чем что-либо сделать, – советовал он новому владыке. – А лучше, считайте про себя непрерывно.

– Как же я смогу думать? – недоумевал Лорд.

– Думать в этот момент как раз не надо.

– Ты хочешь сказать, что мой сын – бездумный идиот?! – щетинился Драконис.

– При чем же тут бездумный? – удивлялся Э и пытался выразить словами впечатления, оставшиеся от общения с Гэбриэлом. – Когда что-то происходит, ваш сын сначала уточняет, имеет ли это отношение к нему, потом выясняет, не может ли кто-нибудь решить проблему без него, и лишь затем начинает действовать.

Получается раз-два-три как минимум.

– Раз-два-три, значит? – бормотал про себя Лорд. – Ну, пусть только вернется. Я ему покажу – раз, два, три!

Идея с внутренними монологами оказалась весьма продуктивной – теперь Драконису приходилось не только считать в уме, но декламировать про себя стихи, распевать навязчивые детские песенки. От одного сознания унизительности подобных действий величественные движения матерого хищника разбавлялись оттенком неуверенности.

Добиться лучших результатов, не прибегая к методам своих наставников, Э не мог.

– Может, вам лучше отказаться от посещения Академии?

– Нет, – качал головой Лорд. – Гэбриэл собирался оставаться там еще два года и ни за что не изменил бы планов.

– Это так, – вздыхал Э.

С разницей темпераментов они худо-бедно справились, горделивая осанка вельмож была универсальным продуктом академического воспитания, а вот походка… Э подозревал, что перенять манеру движения Гэбриэла мог бы только очень талантливый перевертыш.

Как описать непосвященному эту странную грацию, когда четкий, ритмичный шаг внезапно сменяется бесшумным скольжением, а из-под легкой грубоватости борца проступают вкрадчивые, неуловимые глазом жесты фокусника? Э мог описывать удивительное явление часами, то и дело срываясь на белый стих.

– Вот как, – хмыкал Бастиан. – Это он жулика своего наружу выпускает.

Объяснения Э не понял, но совет дал:

– Подковы с сапог снимите, хотя бы на слух разница будет меньше.

Великий Лорд старательно выполнял указания перевертыша, понимая, что лучшего мастера превращений ему не найти. Э подозревал, что в случае неудачи будет назначен главным виноватым, но остановиться не мог. День великого испытания неумолимо приближался.

Естественно, устраивать клоунаду с переодеванием сразу в Академии король и орден не позволили.