Разрушительная игра

 – Негативная реакция возникнет уже из-за того, что я займу трон так скоро. «Вам понадобится вся возможная благосклонность общества», – сказал Маркус. К моему огромному сожалению, он был прав. – Я…

– Не. Говори.

– Я выхожу замуж за Стефана. Он уже согласился.

Это не брак по любви, а политический контракт. Ни больше ни меньше. Вчера Маркус связался с Гольштейнами и заставил их подписать соглашение о неразглашении, а потом сделал предложение. Они согласились через несколько часов. Все произошло так быстро, что у меня шла кругом голова.

Так что у меня был жених – по крайней мере, в теории. По соглашению, Стефан должен сделать официальное предложение в следующем месяце, когда уляжется шум из-за госпитализации дедушки. К тому же помолвка вытеснит из газет сплетни про нас с Рисом.

Рис поднялся с дивана. Он уже поправил одежду. Все черное. Черная рубашка, черные брюки, черные ботинки, черное выражение лица.

– Черта с два…

– Рис, дело сделано.

– Нет, – спокойно ответил он. – Что я говорил тебе в беседке, принцесса? Я сказал, что с этого момента к тебе не прикоснется ни один мужчина, и я говорил серьезно.

Ты не выйдешь ни за кого другого. У нас девять месяцев. Мы. Разберемся.

Я хотела согласиться. Хотела побыть эгоисткой и украсть чуть больше времени с Рисом, но это было бы несправедливо по отношению к нам обоим.

Рис был со мной три года. Настало время его отпустить.

Хватит эгоизма.

– А что, если я хочу выйти за другого?

Ноздри Риса раздулись.

– Не лги мне.

Ты едва знаешь Стефана. Сходила с ним на три чертовых свидания.

– Королевский брак заключается не по степени знакомства. Речь о пригодности, и он подходит, а ты нет. – Я надеялась, Рис не заметит дрожи в моем голосе. – Кроме того, у нас со Стефаном впереди вся жизнь, чтобы друг друга узнать.

Рис содрогнулся, и его лицо исказила боль, такая дикая и глубокая, что она пронзила мою душу насквозь.

– Я наследная принцесса и должна вести себя подобающе, – сказала я, с каждой секундой ненавидя себя все сильнее.

 – Во всех сферах жизни. Я не могу быть с телохранителем. Я… – К горлу подбирались слезы, но я с ними справилась. – Я должна выйти за герцога. Мы оба это знаем.

Рис вздрогнул. Одно крошечное движение, которое будет преследовать меня вечно.

– Значит, мы расстаемся. Вот так просто, – сказал он тихим, угрожающим голосом на грани боли.

Нет, не просто. Ты никогда не узнаешь, как разбивается сейчас мое сердце.

– Мне жаль, – прошептала я.