В таких случаях посылали не просто представителя разведотдела, а человека, лично знакомого, хорошо знающего фигуранта.
– А, Катков? Ты же в Минске должен быть? А как в полосе чужой армии оказался?
– Это я лично подполковнику доложу.
– Лично не получится. Стрюкову полковника дали, в центральный аппарат перевели. У нас теперь новый начальник разведки, майор Пантелеев. Едем, вечереет уже.
По разбитой бомбами и тяжелой гусеничной техникой дорогам они ехали долго. Из Игоря эта дорога вытрясла всю душу. Предыдущую ночь он не спал, вымотался и сейчас попробовал подремать в кузове.
Куда там, от борта к борту кидало. Про сон он и думать забыл, тут язык бы не прикусить.
Однако к трем часам ночи они были на месте.
– Идем в отдел, – приказал старшина.
– Вздремнуть бы пару часов, все равно все отдыхают. Ночь же!
– Топай!
Игоря ждали – не каждый день из глубокого тыла разведчики выходят.
За столом начальника сидел майор.
Игорь вошел и доложился по форме.
– Катков? Мне Стрюков говорил – ты один из группы остался в живых.
Давай с самого начала. Садись!
Игорь начал с полета – когда их самолет подбили и он приземлился в болото. Он старался не упустить ни одной мелочи, поскольку по опыту знал, что беседовать с ним будут еще не раз, перепроверяя все сказанное. Да еще рапорт писать заставят.
За час едва уложился.
Майор откинулся на спинку стула, закурил.
– Не слышал никогда о таком острове. И документы оттуда?
– Так точно!
– Надо в Москву посылать, у нас технических специалистов такого уровня нет.
Но сначала перевести на русский язык надо, а уж потом разбираться, дельное что-то доставил или мусор.
– Какой же это мусор? Я сам видел, как ракеты взлетают. Огромные! Тиль – это главный конструктор двигателей – говорил, что там одной взрывчатки больше семисот килограммов и дальность полета свыше трехсот километров.
– Действительно, это что-то новое. Садись, пиши рапорт.
– Товарищ майор, позвольте поспать. Две ночи на ногах, голова не соображает.
Майор вздохнул и посмотрел на часы:
– Даю три часа.
Свободен!
– Есть!
Игорь настолько устал, что улегся бы прямо в коридоре разведотдела. Но до избы, в которой разместились разведчики, он добрел. Уснул, едва голова коснулась свернутого ватника, который заменял подушку.
Несколько следующих дней продолжались настоящие допросы, правда – с перерывами на обед. Игорь уже рассказал, что он делал каждый день с момента приземления в болото.
Особенно интересовались майором Тилем.
