Богдан нежно целует мою раскрытую ладонь, а я перемещаю её на холодную от ветра небритую щёку и согреваю поглаживаниями.
Засыпая говорю, что чувствую. Не из соображений долга, просто знаю, как для него это важно.
– Я бы не ушла от родителей, будь это кто-то другой.
Его дыхание стопорится. Рука на моём плече становится каменной.
– Не надо, Ян. Всё нормально.
– Нет, я серьёзно. Когда не видишь любви вокруг, сложно её сразу почувствовать.
– Сейчас чувствуешь?
– Конечно. Всегда.
Глава 40. Яна.
Всю ночь я отчаянно жмусь к его телу.
Сильному, тёплому, родному.
Периодически просыпаюсь, чтобы уткнуться в мягкую кожу и в очередной раз выдохнуть.
Да, я приняла решение на эмоциях. Будучи в раздрае и ужасе оттого, что всё может закончиться.
Но клянусь, ни секунды не раскаиваюсь в этом.
Под утро сон становится крепким. Совершенно не замечаю, как просыпается Богдан, а когда открываю глаза, первым делом хватаю телефон с тумбочки. На часах уже десять.
Десять!
У меня трое детей в доме. Больных и голодных.
Накинув халат, отправляюсь сначала по комнатам, которые оказываются пустыми, а затем спускаюсь на первый этаж.
– Мама, – кричит Ваня, размахивая ложкой. – У нас папа ночевал. Он нам кашу сварил.
– Да? – удивлённо смотрю на Богдана и еле сдерживаю смех. – Боже, где ты это нашёл?
– В кабинете, – ухмыляется, привлекая меня к себе.
Немного отклоняюсь, чтобы разглядеть старомодное темно-синее трико с белыми лампасами и тельняшку с голубыми полосками, а потом снова прижимаюсь к тёплому телу. Вздыхаю умиротворённо.
– Папа, а ты сегодня не уедешь? – настороженно спрашивает Маша.
– Нет, – отвечает Богдан уверенно.
– А завтра?
– И завтра не уеду.
Дочь переводит взгляд на меня.
– Вы что помирились?
– Помирились, – отвечаю с лёгкой улыбкой.
– И у папы не будет других детей?
– Каких детей?
В ужасе обвожу глазами лицо мужа.
– Витка Калинина сказала, если родители разводятся, у папы другие дети появляются, – сообщает Маша расстроенно.
– Всё нормально, Маш, – говорит Богдан, поглаживая меня по спине.
– Если и будут ещё дети, то наши с мамой.
– Соболев, – прикрываю веки. – Хватит.
О чём он? Ещё дети? Я не хочу.
Я только-только жить начинаю.
– А можно я у вас останусь? – тихо произносит Дина. – Мне у бабы Юли скучно.
– Мам, – вскрикивает Маша. – Правда, можно Динка у нас поживёт?
– Давайте спросим у бабушки, когда она выпишется из больницы? – предлагает Богдан. – Пока ты всё равно у нас, Дин.
– Ладно, – говорит она, снова утыкаясь в тарелку.
