И Эмма, и Саргсян специально уничтожали то, что вы со Стасом создавали годами!
Юра молчит. Понимает, что я права, и потому молчит.
- Копии сделаешь? Или отдай мне, я сама разберусь.
- Рит, ты же знаешь Артура Робертовича. Он в девяностые людей пачками в бетон закатывал, уничтожить девчонку ему как не хер делать! Она же ребенок совсем!
- А у меня значит, детей нет? – Как кошка шиплю в ответ и разве что когти не выпускаю от злости. – Коля, Оля, Маркус и тот, кто еще даже не родился, они мне не дети? О них заботиться не нужно? Им не надо что-то есть, где-то спать, или это другое? Юра, если бы это касалось только Стаса, то, пожалуйста, пускай делает что хочет со своей частью фирмы.
Ты тоже, смотрю, благородным стал и готов все подарить каким-то мудакам! Но из-за этого могут пострадать и мои дети тоже! Это Волков настоял, чтобы Коля пошел по его стопам, пропихнул в тот же ВУЗ, где вы учились, чтобы тот потом перенял дела фирмы. И сейчас из-за тупости одного и трусости другого ломается жизнь моего сына и его семьи!
- То, что ты называешь трусостью, лично я считаю порядочностью.
- Да ну, а где ты такой порядочный был, когда тот же Саргсян плел обо мне гадкие сплетни?! Пересказывал вещи из моей… интимной жизни… которые вы с мужиками наверняка обсудили не по одному разу! Непорядочно отмалчивался, или это другое? Прости, я что-то немного ослепла в этой гардеробной среди кипенно-белых пальто!
О Господи, наконец, я это сказала! Вывалила как есть, про все, о чем молчала, но не переставала думать. Ведь не простила я, не только Стаса, но и Юру.
Который был мне не просто другом, он, черт, он же… он же Юрка Шмелев! Всегда поможет, никогда не осудит, ни за что не предаст. И вот так. Узнать, что мой Юра у меня за спиной вместе со всеми обсуждал мои проблемы с моим здоровьем… э ранит. До боли, почти что до смерти. Просто потому что я считала Юру принцем, а он оказался… обычным.
Отворачиваюсь к окну и долго-долго, до бликов в покрасневших глазах, вглядываюсь в темноту. Уже так поздно, что ни один автобус не ходит.
Придется вызывать такси. Ну, ничего, если сяду сзади, можно будет притвориться, что я сплю. И не придется разговаривать с водителем. Даже смотреть на него не придется.
- Рит…
Юра кладет ладони мне на плечи. Я вижу это в темном отражении стекла, но не чувствую его касаний. Он даже не дотрагивается меня, держит руки на крохотном расстоянии от моей кожи, зависнув надо мной как стрекоза. Буквально в одном миллиметре.
- Рит, я ничего ни с кем не обсуждал.
