Жму плечами.
- То есть ты все решила? Не передумаешь? Не хочешь вернуться к Волкову?
- Юр, да куда? И зачем? Нет, этот фарш уже не провернуть назад, и потом, дело почти закрыто. Твой адвокат просто чудо, а Стас был так добр, что отписал мне эту квартиру, половину от своей доли в фирме и даже выделил месячное содержание, небольшое, но, знаешь, я и от этих денег не буду отказываться. Моя часть в бизнесе все равно отойдет Коле, а так, накоплю немного и в отпуск съезжу, куда-нибудь далеко-далеко.
- В Китай?
- Да можно и в Китай, - легко соглашаюсь я.
Когда ты нигде не был, но мечтал увидеть все на свете, совсем не важно, с какой страны начинать. Тем более, я так долго учила язык и культуру этой страны. Неужели зря?
Юра зачем-то снова принимается потеть. Крутит тяжелой головой, раздувает ноздри, отчего становится похож на быка.
- Юр, да успокойся, - кладу ладонь на его красную руку, - все хорошо. Все почти закончилось."
"- Да нет, Рит, не все, - выдыхает старый друг. – Слушай, я давно хотел сказать, но для этого никогда не было подходящего времени.
Точнее все время, что у нас было, оно для такого ну совсем не подходящее! Рит, короче ты мне нравишься. Сильно. Очень. И всегда нравилась, иногда сильно, иногда очень, а иногда очень сильно, но я никогда не давал себе возможности, а тебе повода подумать что-то такое. Я бы ни за что не сказал тебе, я бы… но раз ваша семья все равно распалась, то я бы никогда не простил себе… постой!
Он взмахнул рукой, призывая меня молчать, и одним глотком допил свой чай.
Убрал кружку, вытер со лба пот и выдал, не переводя дыхания:
- Короче, ты мне нравишься! Вот такая херня, Ритка, и ничего с этим не поделаешь!
Молчим. Что тут скажешь? Нет, ну правда, все попытки объясниться, что Юра мне просто друг и никогда в жизни я не смотрела на него иначе, не только очевидны, но еще и очень болезненны. Господи, какая глупая ситуация! И я, со своей якобы мудростью, жизненным опытом и всеми прочитанными книгами не знаю, что делать!
Юрка не знает тем более.
Стоит бледный, как страница из альбома, и улыбается уголками рта вниз. Грустно и очень понимающе.
- Да ты, в общем, ничего не говори, я ведь просто так, ни на что не надеясь. Просто… не мог не сказать, понимаешь?
- Юр, думаю тебе пора.
Он поднимается даже раньше, чем я успеваю закончить свою фразу. Хлопает себя по карманам, чтобы проверить ключи и телефон, кивает, двигает мебель. Дурацкие стулья стоят так, что ему ни за что не пройти к выходу.
