- Не буду. Просто скажи где подписать.
Подписываю документы, не испытывая при этом мук жалости и жадности. На самом деле моё от меня никогда не уйдёт. Развод это просто формальность. Рита моя любимая женщина, а я ее единственный мужчина, и мы оба это понимаем. Как понимаем и то, что сейчас Риту нужно отпустить, чтобы она сама вернулась ко мне обратно.
В конце концов мне нравится это новое выражение на её лице - чувство победы и предвкушение чего-то нового. Такой Риты я не видел давно, может даже никогда не видел.
Как только я ставлю последний росчерк на последней странице контракта, Рита выдёргивает бумаги у меня из под рук и подскакивает со своего места.
- Спасибо Волков! Я правда рада, что у тебя хватило мудрости согласиться с моими условиями. Поверь, я это очень ценю.
Верю, милая. Именно поэтому я и пошел у тебя на поводу.
- Ты не останешься на ужин, - тяну к Рите руку, но жена уворачивается от меня как от прокаженного. Ага, поторопился значит.
- Извини, дела.
- Понимаю, понимаю.
Провожаю Риту до самой двери и на прощание обнимаю её так резко, что она не успевает с этим ничего сделать.
Прижимаюсь к ней всем телом жадно дышу запахом её волос, кожи, платья. Как же она пахнет! Счастьем, которое я проебал! Рита заколебавшись на секунду, выскальзывает у меня из рук. Секунда это уже неплохо. Могла бы послать сразу.
- Стас, всё в порядке? У тебя такое лицо, будто что-то случилось?
Этот вопрос чистая формальность. В голосе Волковой нет и капли сочувствия, оно и понятно. Сейчас между нами стена непонимания, которую мне предстоит разрушить.
И Рита об этом еще не знает.
А вот мне всё ясно как божий день. Рита мой жена и так оно будет всегда.
Глава 23
Шампанское взрывается в моих руках сочным хлопком. Красиво. Из горлышка потекла струйка белого дыма, а кухню наполнил сладкий запах Нового года.
- За нас?
- Да я при чем, - смущается Оля, - это же вы все. Так что за вас."
"- Значит за меня, - легко соглашаюсь я и наливаю игристое в два бокала. И шампанское, и посуду пришлось купить по пути домой, у Оли на кухне нет ничего кроме кружек, а пить Дом Периньон из кружки с надписью «АНАПА» мне не позволил снобизм.
Протягиваю невестке бокал, та неловко крутит его в тонких пальцах и ставит обратно на стол. Она не пьет, а после рассказа о том, в какой семья выросла эта бедная девочка, я понимаю почему.
Поэтому мы чокаемся хрусталем, но пригубляю напиток только я. До приторного сладко. В моих фантазиях разрекламированное шампанское было вкуснее.
