Ты меня сильно обидел, потому что тогда, узнав о предательстве отца, я почувствовала себя самой одинокой на свете, и не могла ни на кого рассчитывать, кроме тебя. Тогда в ресторане я даже не могла попросить никого отвезти меня домой, понимаешь? А ты показал, что даже собственному ребенку нет до меня дела. Что даже воспитанный мною сын может говорить такие гадкие и циничные вещи.
С каждым словом щеки Коли краснели все сильнее, пока не стали пунцовыми. Да, ему было очень стыдно, но все это он заслужил.
- Мам, ну пожалуйста.
- Спасибо, Коль, спасибо. Понимаю, что неприятно, когда тебя отчитывают, но ты уж дослушай. Тогда ты показал мне, что даже самый близкий будет меня осуждать, что говорить о других? Посторонних? Но, наверное, мне стоило принять эту пилюлю сразу. После того, что сказал ты, любые другие слова были не страшны. Иногда полезно коснуться дна, чтобы было от чего оттолкнуться. Я вот до своего дна дошла тогда, в твоей машине. А где твое дно, сынок? Отталкиваться будешь, или продолжишь падать еще сильнее?
- Мам, я, правда, очень виноват, извини, пожалуйста.
Коля даже глаз на меня не поднимает. Стоит и смотрит себе под ноги, на лакированные носы туфель.
- Я ведь всю жизнь на папу ровнялся, и думал, что он такой вот молодец, только ты иногда его засаживала, не давала раскрыться. А оказалось, что наоборот. Толкала отца вверх и создала ему такой образ, в который он и сам поверил. И я поверил, и все вокруг. Извини, я не должен был тогда так говорить, и на самом деле я так не думаю.
Просто мне стало страшно, что вы разведетесь, что я должен буду выбирать сторону, с тобой обсуждать какой папа мудак, с ним ругать тебя стерву. Я ничего этого не хотел тогда, понимаешь?
- А чего же ты хотел?"
"- Приезжать к вам в гости, видеть как вы счастливы, вареники твои лопать, обсуждать с папой охоту, чтобы как раньше было, как я привык. А сейчас понимаю, что мои привычки тут вообще роли не играют, и главное, чтобы каждый из вас был счастлив и этим своим счастьем не обижал и не унижал другого.
А мы, я и Олька, твоя мама и твои друзья… подстроимся. Вот же… блин!
Коля досадливо топнул ногой, как делал всегда, когда не мог подобрать правильное слово. Учил стих и забывал строчку. Хотел мне что-то рассказать, но путался от волнения и терял смысл собственных фраз. Вот и сейчас, я чувствовала, что он хочет сказать куда больше чем может, и не торопила сына.
- Мам, я тогда тебе не помог, а сейчас мне нужна твоя помощь, и я вот… пришел.
